— Как?! — вскинулся я, забыв о ломоте.

— Успокойся, горячая голова, — усмехнулся гранд-магистр, жестом усадив меня обратно. — Ей оказали всю посильную помощь, только не здесь. Вы б её ещё в орден отнесли, олухи! Как ни странно, она жива, и прогноз целителей весьма оптимистичный. Я предпочитаю не разбрасываться талантами, а у неё крайне высокий потенциал, особенно для бездомной бродяжки. Хорошо, что тебе пришла в голову мысль воспользоваться кристаллом не по назначению, иначе она вас наверняка бы прикончила. Сам догадался, кстати?

— Да.

— Значит, мозги из-за девушек ещё не атрофировались окончательно. Это радует. Но впредь постарайся не испытывать благосклонность твоих небесных покровителей. Я знаю очень много случаев, когда подобные эксперименты доводили до беды. Даже в самом крайнем случае ищи другой вариант. А так вы молодцы, что успели сделать оттуда ноги. Схвати вас кто-нибудь, и возникло бы множество неудобных вопросов. А я их очень не люблю. Теперь же это просто несчастный случай из-за неисправного кристалла, который стащили бездомные. Они давно уже нарывались своими набегами, так что официальная версия всех устроила.

— А неофициальная?

— Неудавшийся теракт. Ваша подопечная так хорошо поработала, что пару лет про канализацию можно будет не вспоминать. А главное, что на эту милую малышку никто и не подумает. На ваше счастье Вечно Вторая спешно покинула город, а её подчинённые не столь ретивы. После гнилевика они готовы поверить во что угодно, если их подтолкнуть в нужном направлении.

— Значит, задание мы всё-таки выполнили?

— Я бы на твоём месте сильно этому не радовался, — хмуро проронил Иолай. — Кстати, как оружие?

— Очень хорошее, спасибо.

— Одной благодарностью тут не отделаешься, паршивец этакий, — погрозил он мне пухлым пальцем. — Каждый грамм этой железки отработаешь своим потом и кровью! Ты в курсе, что её несостоявшийся владелец был демоном?

Я уставился на ещё больше потемневшие в канализации ножны, как будто видел их впервые. Значит, мне не показалось, что дизайн уж больно какой-то земной. Тогда я всё списал на авторский стиль Синклера, но ведь он тогда сам сказал, что это был заказ, который так и не забрали…

Получается, не только одного меня прельстила романтика восточных боевиков. Вот это попался, так попался!

— Нет, не знал, — осторожно произнёс я вслух. — Ваш человек её очень нахваливал, как одно из лучших своих творений.

— Не сомневаюсь, — поморщился особист. — А что скажешь сейчас?

— Это отличная сабля, я хотел бы оставить её себе.

— Смело. Особенно в твоём положении.

— Меня что, до сих пор подозревают?

— Это навсегда, привыкай. Избавиться от дурной славы можно только заработав ещё более худшую. И чем больше ты будешь выделяться, тем сильнее все будут тебя ненавидеть.

— И чем я таким выделяюсь?

— Да хотя бы тем, что не трясёшься от ужаса передо мной, — пожал плечами Иолай. — Для домашнего мальчика это большое достижение, знаешь ли. Если прибавить туда ещё тот факт, что Дары у тебя открылись совсем недавно, да такие сильные…

— А как считаете вы сами? — пошёл я в наступление, прекрасно понимая, что терять мне уже нечего.

— Ты не демон, — уверенно заявил гранд-магистр. — Ты дурак. Это, кстати, прекрасно объясняет твою везучесть. Ну что, стало легче?

— Да как-то не особо…

— С правдой оно всегда так. Не даром она многим глаза режет. К тебе теперь будут постоянно приглядываться и пробовать на прочность. В том числе и те, кто желает твоему клану поскорее оказаться на самом дне. Уж больно мало нынче гордых «Фениксов» осталось. И вообще, твоя кандидатура очень удобная со всех сторон. В этом году на демонов неурожай, а ты так и напрашиваешься на арест. Радуйся, что я люблю свою работу и никогда не спешу. Иначе ты давно бы оказался в руках Серой Стражи.

— Что значит, «неурожай»? — зацепился я за непонятное выражение.

— Мы не выявили ни одного засранца, — нехотя пояснил особист. — Хотя обычно их прячется двое-трое среди соискателей. То ли они все оказались слабаками, то ли слишком умными. В любом случае, орден будет меня доставать, пока я кого-нибудь им не сбагрю. Может даже тебя, если продолжишь умножать мои проблемы.

— Двое-трое?!

— Только не распространяйся об этом печальном факте, — предупредил меня Иолай. — Просто хочу, чтобы ты понимал всю серьёзность твоего положения. О подобном не принято говорить вслух, ибо это прямая угроза нашей государственности. Поэтому обычно устранение проходит без лишнего шума. Такое устраивает всех. В первую очередь — Совет.