— Успокоительное, — заверила меня жена с самыми честными глазами на свете.

На секунду мне хотелось ей поверить. Но нет. Я не вчера родился, чтобы поверить в этот бред.

— Собирайся, — сказал я гробовым голосом, собирая чертовы таблетки обратно в коробку.

— Куда? — испуганно спросила Лиза.

— В больницу, — безразлично ответил я.

— Нет! Я не больна! — глаза Лизы налились кровью.

Дальше все было сложно. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы вызвать бригаду скорой помощи частной клиники. Лиза брыкалась так сильно, что ее в буквальном смысле скрутили. Она рыдала и просила ей верить, а потом проклинала меня.

Все это время хотя бы Ника спала, чем облегчила мне задачу.

Я передал Лизу врачам, а также ее таблетки, которые должны отправить в лабораторию на анализ. Лиза рыдала, умоляла и сыпала угрозами, но я был невозмутим, хотя лично хотелось придушить ее своими и руками. Утро выдалось незабываемым и длинным.

Когда Ника проснулась, я уже успел выпить кофе, позавтракать, собраться на работу, обзвонить несколько агентств по подбору нянечек. Брать с улицы кого попало не хотелось, но мне пришлось назначить несколько встреч в офисе сегодня, чтобы кто-то присмотрел за Никой.

Мои родители отдыхали за границей, а родители Ники… Я их видеть сейчас не хотел. Что я им мог сказать? Лиза — наркоманка и я не знаю, когда это началось? Пока не до них. Сначала мне нужно убедиться в том, что я не ошибаюсь. Хотя глубоко в душе я уже был уверен во всем.

В восемь утра телефон уже разрывался из-за того, что срывается контракт с китайцами. Именно там я планировал строительство нового завода по производству ювелирных украшений. Поэтому нужно было срочно бежать и решать проблемы…

Я собрал Нику, и мы выехали в офис. Дорога занимала всего пятнадцать минут, поэтому времени на долгие размышления не было. Но меня мучал один вопрос.

Как я не заметил этого раньше?!

А ответ лежал на поверхности. Мне было плевать!

Да, я замечал иногда ее нервозное состояние. Замечал резко меняющееся настроение. Замечал и ненормально горящие глаза. Замечал, что порой она пребывает будто в прострации. Но я все списывал на беременность, а потом на гормоны, послеродовую депрессию. Мне было все равно. Даже сейчас я не особо переживал за саму Лизу, я думал о Нике. Вдруг ей попала с молоком Лизы эта гадость? Надо Нику обследовать срочно тоже…

Как Лиза вообще могла подсесть на эту дрянь? Зачем? Да, мы не образцовая семья, но у неё есть Ника! Дочь, ради которой я готов горы свернуть. А она… Дура!

Я дышал агрессией. Кипел так, что думал, вот-вот взорвусь. Когда я вошёл в свой кабинет, пытался скинуть тяжесть сегодняшнего утра, попросив секретаршу сделать мне кофе, но… Теперь истошно начала кричать Ника.

Ника вообще далеко не ангел, но такого крика, переходящего в хрипы я не слышал давно. Я пытался ее покормить, переодеть, раздеть, играть, уложить, укачивать, даже петь. Но она надрывалась, а уже был выжатый как лимон. Ко мне заходило пару человек, пытающихся предложить помощь, но все было тщетно. Ника решила показать всем свой «ангельский» характер. Я готов был уже вставить беруши в уши.

Именно в эту секунду, когда я совсем отчаялся, дверь открылась, и я увидел Наташу. Поморгал несколько раз. Это точно она? Сделал несколько шагов и уставился на неё. На нее я тоже злился все это время, но сейчас меня так вымотала Лиза и Ника, что я ощущал только удивление. Она не смело сама сделала на встречу несколько шагов. А притихшая на пять секунд Ника, набрала полные легкие и снова заплакала.

— Что же она так надрывается! — сказала от сердца Наташа, и я будто очнулся.

Наташа подошла вплотную и тихо спросила:

— Можно? — Натали смотрела мне в глаза, протягивая руки к выгибающейся Нике.

Не знаю почему, но я передал ей ребёнка. Свою дочку от чужой женщины! Наверное, мне просто нужна минута передышки. Хотя Наташа вызывала во мне шквал эмоций, от радости до ненависти. Меня захлёстывали эмоции, а ведь я всегда считал себя неэмоциональным человеком, даже Лиза мне говорила, что слишком холодный.

Когда Натали увидела, что я протягиваю ей дочь, она перевела взгляд на неё, притягивая ее к себе:

— Кто тут у нас так… — Наташа резко замолчала, и что удивительно, также резко успокоилась Ника.

Я не знаю о чем думала Наташа, даже взгляда ее видно мне не было, я видел только как сильнее она прижимает к себе мою дочку. Стало тихо, будто никого нет в этой комнате.

Я навис сверху над Наташей и смотрел на Нику, которая улыбнулась не мне, а Наташе.

— Ты ведьма или волшебница, — устало произнёс я, ощущая, что я будто резко оглох.

Ника не орала. Я положил руки на плечи Наташе, оставаясь при этом у неё за спиной. Мне становилось спокойно и хорошо. Впервые за это утро меня начало отпускать.