– Превосходно, - заметила я. – Полагаю, ты разместишься именно там?

Бен усмехнулся.

– Мне понравилось играть роль мужа и делить общую постель, - пошутил он.

– А мне немного некомфортно, если ты понимаешь, о чем я говорю, - тонко намекнула на отсутствие проблесков стеснения с его стороны. Каждое утро супруг радовал меня своими достоинствами, ничуть не смущаясь наготы. Мне порой казалось, что он бросает мне своеобразный вызов, словно проверяя меня на прочность.

Но я выдержу. Да, да!

Открыв смежную дверь, вошла в небольшую спальню. Здесь было уютно: широкая кровать, столик с магической лампой, низкий камин на полке которого стояли часы и два подсвечника. Высокое зеркало на стене, две картины с пейзажем и окно с широким подоконником, пришедшимся мне по нраву.

Комната оказалась настолько милой, что в какой-то миг я едва не заявила на нее права. Но затем передумала и вышла, ощущая на себе пристальный взгляд мужа.

Он хотел было что-то сказать, но тут в дверь постучали и едва Бен разрешил войти, как в спальню вошли слуги. В руках у них были вещи, привезенные нами из столицы.

Все мои новые платья были здесь, томились в чемоданах. Модистка, которую пригласила герцогиня, оказалась настоящей волшебницей, даже несмотря на полное отсутствие магии. Она создала для меня в кратчайшие сроки такие удивительные наряды и комплекты нижнего белья, с ворохом сорочек и прочих нужных каждой женщине мелочей, что я только диву давалась. И все привезла с собой, оставив прежние платья в доме родителей, прихватив, разве что, несколько, больше, как память о тех временах, которые минули в небытие.

Теперь я буду носить лучшие наряды, яркие, идеально подходящие к моим волосам и цвету лица. А не эти блеклые оттенки, которые мне попросту не подходят.

– Аврора, позволь слугам выполнить свои обязанности, а я пока хочу показать тебе дом, сколько смогу.

Я мечтала о ванне, но решила согласиться, тем более, что Бен был прав. Вещи должны находиться на своих местах.

– Мы быстро, милорд, - синеглазая служанка с белокурыми локонами, выбившимися из-под кружевного чепчика, с улыбкой взглянула на Кэшема. Я заметила ее лукавый взгляд, устремленный на моего супруга, и невольно ощутила неприязнь, памятуя о любви Бена к блондинкам.

«Кажется, эта горничная как раз во вкусе Бенедикта!» - мелькнула в голове неприятная мысль.

Но Кэшем и не взглянул на девушку. Взяв меня за руку, муж повел меня за собой по длинному коридору прочь от нашей совместной спальни.

– Здесь есть одна комната, которую я хотел бы тебе показать, - произнес он. – Кстати, можешь использовать ее когда захочешь.

Мы прошли дальше, миновали открытую галерею, залитую солнцем, и оказались в следующем арочном проходе, в глубине которого пряталась высокая дверь. Отворив ее, Бенедикт отступил в сторону, пропуская меня вперед.

Я вошла в просторный кабинет. Помещение было круглым и, судя по всему, находилось на одном из этажей башни. Сбоку, вдоль стены, вверх поднималась узкая лестница и я запрокинула голову, взглянув, куда она вела.

– Один из моих предков разводил воронов, - пояснил Бен. – Он считал их одними из самых мудрых птиц.

– А сейчас?

– Сейчас там пусто. Клетки давно убрали, а помещение забили ненужными вещами, - Кэшем прошел вперед и раскинув руки добавил, - этот кабинет одно из самых моих любимых мест в замке.

Я прошлась по комнате, рассматривая резной старинный стол и кресло, обтянутое чешуйчатой кожей. Сомневаюсь, чтобы на нем было удобно сидеть.

Стены были украшены полками, полными книг. Был здесь и камин. Мне показалось, что весь замок изобилует этими отопительными приспособлениями. Не помню, чтобы в старину строили подобным образом. Раньше камины были лишь в больших залах и спальнях, и то не во всех.

– Из окна открывается удивительный вид, - Бен поманил меня за собой и вместе мы выглянули в окно.

Действительно, вид завораживал. Насколько хватало глаз вдаль до самого горизонта тянулся океан. Темная вода отражала плывущие облака. Белые гребни волн набегали друг на друга, словно играющиеся котята. А чуть дальше, приблизительно в нескольких милях вдоль берега, на утесе, поднимаясь к самому небу, возвышалась башня маяка.

– Выглядит… - я не договорила. Бен встал рядом, положив руки мне на талию, прижался всем телом, заставив меня невольно напрячься в ответ.

– Милорд, мы, кажется, не должны больше играть в любовь. Я не вижу рядом твою матушку или отца, - проговорила тихо.