А что самое хреновое, не вижу беглеца.

Я огляделся: по идее прошло немного времени, далеко он уйти не мог. И тем не менее, ничто не выдавало его присутствия.

Тут было тихо и пусто как на кладбище.

В висках зашумело. Ну да, пробежать столько без последствий невозможно. Любой устанет. Я на секунду прильнул спиной к забору, немного отдышался и стал думать, что делать дальше.

Присев на корточки, присмотрелся, ага — есть следы, уходящие к строению. Я пошёл по ним.

Далеко уйти мне не удалось: откуда-то с двух сторон, охватывая меня в клещи, выступили дюжие ребята в тёмно-синих гимнастёрках и фуражках со звёздочками.

— Руки вверх! — приказал один из них, направляя на меня «наган».

— Уголовный розыск! — сказал я.

— Руки поднял, а то мозги вышибу! — не терпящим возражения тоном, продолжил боец.

Судя по гимнастёрке и зелёному клапану на рукаве он был рядовым сотрудником ГПУ.

Похоже, я нарвался на охрану дачи.

— Позовите старшего, — попросил я. — Я из уголовного розыска. У меня во внутреннем кармане служебное удостоверение.

— Что ты здесь делаешь, уголовный розыск?

— А разве вы выстрелов не слышали? Гонюсь за опасным преступником, который перелез через забор и оказался где-то здесь.

— Нам плевать за кем ты гонялся. Сюда можно попасть только по спецпропуску. У тебя есть такой?

— Вызовите старшего! — потребовал я, игнорируя его вопрос.

— Ладно. Омельченко, сбегай, — согласился чекист, с которым я разговаривал. — А ты, уголовный розыск, продолжай стоять лапки вверх. И не вздумай рыпаться — стреляю без предупреждения.

— Ты только сам не дёргайся, — сказал я. — А я пока постою, подожду старшего.

Омельченко сходил к дому и вышел из него с Майоровым. На чекисте была нательная рубаха поверх галифе, на ногах деревянные шлёпки, в которых в тёплое время года бегала половина Москвы.

— Быстров? — вроде непритворно удивился Майоров, но я бы не стал забиваться насчёт этого на спор. — Что вы здесь делаете?

— Расследую убийство гражданки Евстафьевой — жены вашего сотрудника.

— Вы хоть понимаете, где находитесь?! Это особо охраняемая территория и вход сюда строго по спецпропускам. Эти парни, — он огляделся на бойцов, — имеют полное право пристрелить вас на месте. Их даже не накажут, наоборот, похвалят и дадут отпуск.

Чекисты заулыбались. Мысль об отпуске доставила им удовольствие.

— Я погнался за человеком, который стрелял в свидетеля по делу. Хотел взять его живым. Он находится где-то здесь, я сам видел, как он перелезал через забор.

Майоров посмотрел на бойцов охраны.

— Парни, вы что-то видели?

— Никак нет, товарищ Майоров. Никого не было, кроме его, — ответил за всех Омельченко, кивнув в мою сторону.

Я уже понял, что здесь мне ничего не скажут, но из упрямства сказал:

— Ваша охрана зевнула его. Рекомендую организовать поиски.

— Вы его лицо разглядели? — с напряжением в голосе спросил Майоров.

Серого типа я видел мельком, но в памяти его физиономия отложилась навсегда.

— Разумеется. Могу дать вам его словесный потрет.

Я перечислил приметы подозреваемого.

— Хорошо, — вздохнул Майоров. — Не хочу, чтобы ваше начальство потом обвиняло нас в том, что мы не идём навстречу уголовному розыску. Мои люди обыщут всю территорию. Если этот гад находится здесь, мы его из-под земли достанем.

— А как же я? Я тоже хочу принять участие в поисках.

— Ни в коем разе. Это запрещено. Вы не имеете права здесь находиться, — улыбнулся Майоров.

По интонации в его голосе я понял, что меня ждёт спектакль. И смысла принимать участие в этом фарсе не было.

— Понял вас, товарищ Майоров, — кивнул я. — Раз вы настаиваете, я покину объект.

— Да, так будет лучше для всех. Не волнуйтесь, мы обязательно поставим вас в известность о результатах. Территория большая, поиски займут много времени. Возможно, до конца дня.

Где-то поблизости завелась машина. Я напрягся.

— Расслабитесь, товарищ Быстров. Это наши коллеги выехали по делам в Москву, — произнёс Майоров. — Извините, но взять вас с собой они не имеют никакого права. Это запрещено инструкцией.

— Вижу, у вас сплошные запреты.

— Как и у вас, наверное. Служба, — развёл руками Майоров. — Пройдёмте со мной, я вас провожу. И не держите зла на моих парней — они выполняют приказы.

— Могу я позвонить от вас? Мне нужен наряд из местного отделения милиции, я должен сообщить им о возможном трупе.