— Далеко ещё? — Сделав вид, что поправляет очки, Лиза украдкой вытерла глаза и подобрала с пола жёлтую папку.

— Сейчас свернём влево... И там ещё километров пять по прямой. Несколько минут.

Всё время впереди нас по дороге шла колея от автобуса, лишь слегка присыпанная свежими снежинками. И там, где мы ушли по шоссе влево, широкий след свернул вправо — куда-то в лес.

— Интересно, кто это был на автобусе? — Девушка проводила взглядом уходившую во тьму двойную полосу.

— Я не уверен, что мне не почудилось... Но, кажется, внутри были какие-то... Рыцари?

— Что-о? — Она даже немного улыбнулась. — Какие рыцари?

— Серьёзно. Самые настоящие. Только молодые. Один вроде бы был даже в шлеме-горшке. Ну, знаешь, такой — как ведро с дырочками.

— Сумасшествие какое-то... Сначала родители... Толпы... Потом все эти бандиты... Теперь вот ещё рыцари на автобусе... Может я тоже с ума сошла? И мне всё это кажется?

— Тогда мы с тобой и в этом тоже вместе. — Я сделал попытку улыбнуться в ответ. — Мне кажется всё то же самое, что и тебе. Хотя бы не по одиночке сдурели... Уже что-то.

Впереди показались огни учебного аэродрома. Здесь электричество ещё было, это хорошо, не будем в темноте плутать.

На КПП пусто. Остановившись перед закрытыми воротами, я заглушил двигатель, вышел и прислушался — тишина. Ни шума двигателей, ни хруста шагов. Только где-то вдалеке поскрипывает флюгер возле метеобудки.

В караульном помещении тоже ещё горел свет. Я быстро нашёл управление воротами и открыл их. Уже рядом с воротами стояли целые ряды разнообразных вертолётов.

— Ух ты... Какие красивые... — Лиза зачарованно рассматривала проплывавшие за окном военные машины, развернувшие над нами длиннющие лопасти.

— Да... Оружие всегда выглядит красиво. — Я не мог не согласиться.

— Интересно, почему?

— Потому что в нём нет лишних деталей. Это самый лучший пример идеальной формы.

— А зачем мы едем мимо? На таких ты не умеешь?

— Такие топливо жрут тоннами... Нам бы чего-нибудь полегче найти. И чтобы с собой хотя бы пару бочек ещё взять.

— А топливо в бочках хранится? Я думала, что как в «Гагарине»... — Девушка указала за окна на белеющие вдалеке цистерны. — Мы когда сегодня садились, там тоже видно было такие резервуары.

— В основном так, да. Бочки можно найти около лаборатории по проверке качества. Или даже кое-что получше... — В темноте перед нами, прямо на взлётной полосе, показался оранжевая цистерна автозаправщика. От заднего конца автомобиля по асфальту шёл широкий гофрированный шланг. И другим концом он был вставлен в приёмное отверстие небольшого учебного вертолёта.

— Вроде этот поменьше, чем те, на въезде... — Лиза с любопытством разглядывала небольшой синий вертолёт. — Подходит?

— Вполне. Я на таком как раз и учился. «Ансат» называется. Выходим. — Тормознув около заправщика, я вышел, на всякий случай, сжимая пистолет в руке. Но на освещённой целой сетью прожекторов полосе не было заметно никакого движения. И свежих следов на снегу тоже было не видно. Валера снова оказался обратно в кармане.

Забравшись внутрь вертолёта, я бросил трофейное ружьё на задние сиденья, включил питание приборов и убедился в том, что баки заполнены под завязку. Должно быть, заправщиков охватило безумие после того, как они стартовали насос. И он автоматически отключился, как только баки наполнились.

— Ой... Я же просто с ума сойду... — Лиза осторожно заглянула в кабину и поставила круглый контейнер возле задних сидений. — Я на самолёте-то помираю от страха... А тут вообще всё вокруг видно... Даже под ногами...

— Не бойся, я же с тобой. И могу снова отвлечь тебя беседой. — Я подал ей один из шлемов, оборудованных радиосвязью. — Вот, давай потестируем. Надевай.

Девушка, вытаращив глаза, оглядела шлем и аккуратно натянула его на свою рыжую голову, сняв капюшон.

— Затяни ремешок. Вот включение связи. — Я дотянулся и щёлкнул переключателем. — Раз-раз? Как слышно?

— Ой... Забавно... Я тебя так не слышу, а только через наушники. Но дужки от очков больно прижимает...

— Поэтому у пилотов должно быть идеальное зрение. А со звуком так и должно быть. Иначе за двигателем мы друг друга не услышим. — Я повернулся к приборной панели, вспоминая порядок действий. — Так... Вот давай-ка стартанём, прогреемся. Сейчас сама всё почувствуешь, когда этот стрекозёл заработает... А мы пока сходим в лабораторию. Посмотрим, чем там можно поживиться.

— Как в этом вообще можно разобраться... — Девушка сняла мешавшие очки и убрала их в карман куртки. И теперь близоруко разглядывала множество приборов, рычажков и кнопок, нагнувшись над сиденьем второго пилота.

— Многие лётчики считают, что летать проще, чем ездить на машине. В небе нет ни сплошных полос, ни перекрёстков, ни пешеходов, ни соседей по дороге, ни гаишников... Сплошное раздолье!

Мило хихикнув, Лиза оглядела темноту вокруг нас:

— А далеко лаборатория?

— Вон тот бункер. — Я кивнул в сторону приземистого здания, еле видневшегося метрах в пятидесяти от нас, и начал щёлкать нужными рычажками. — Ты лучше сюда смотри и запоминай. Может когда-нибудь пригодится, сможешь сама стартануть.