Наблюдавший за вандализмом Цепилов скрежетал зубами от злости, но упорно молчал. Свобода для него оказалась дороже интерьера.

– Кажется, оно!
– воскликнул, запыхавшийся Скворцов, прорубив очередную стену, в этот раз оказавшейся фальшивкой.

Открывшаяся нам ниша была заполнена денежными пачками, и мы все дружно выдохнули. Теперь нас точно не обвинят в противоправных действиях.

Тут и наряд патрульно-постовой службы подъехал, а следом за ним дежурный по Ленинскому РОВД, мой старый знакомый подполковник Храмцов. Все такой же свирепый и громогласный.

– Что это? – сбился он, когда его взгляд зацепился за тайник, заполненный под завязку денежными пачками.

– Так, отойдите, дайте сфотографировать, - распорядился отмерший от созерцания чужого богатства эксперт-криминалист.

Проделав необходимые манипуляции с тайником, эксперт стал перекладывать деньги на стол, складывая из них ровные столбики. Эти его действия завораживали. Одно дело размышлять о миллионах, другое – наблюдать их в реальности. Перед нами лежало два миллиона рублей – прикинул я на глаз. Точную сумму узнаем позже, сейчас у нас другая задача – найти деньги Пахоменко.

– Это не мое! Это провокация! Деньги мне подбросили! – закричал Цепилов и попытался вскочить с дивана, где сидел под надзором Мамонтова.

– Ага, два миллиона, - зло усмехнулся Скворцов.

– Сколько?! – не поверил Храмцов. – Мне нужно срочно позвонить! – с этими словами он направился в прихожую. – Какой дебил выдернул шнур?! – раздалось спустя минуту.

– Вот они! – закричал Болотов, тыча пальцем в пачку сторублевых купюр, и мы все позабыли про Храмцова и его проблемы с телефоном. Мы выиграли.

***

Вот что за тяга к прогулкам на морозе у моего шефа?

Мы шли по заснеженной аллее все того же городского парка, где пару месяцев назад полковник подписал меня на борьбу со взяточниками. Мы оба были в гражданском и не привлекали к себе внимание других гуляющих.

– Нашумели вы знатно, - проронил Шафиров. – Неужели было нельзя без стрельбы обойтись?

– Никто же не умер, - отреагировал я безразлично, но понимая, что объясняться все же придется, дополнил. – Кто же знал, что Цепилов начнет палить. Жена у него еще стервой оказалась. Ситникову все лицо расцарапала. Надо бы привлечь ее к уголовной ответственности за нападение на сотрудника милиции.

– Она, кстати, на вас заявление написала, что вы ей всю квартиру разрушили: стены пробили, мебель поломали, паркет поцарапали, хрусталь побили.

– Надо было сотрудничать со следствием. Мы же предлагали выдать всё добровольно. Цепиловы отказались. Вот пусть сейчас не жалуются, - не проявил я беспокойства.

– Плачется, что вы ее избили и в тесный санузел запихали, а у нее клаустрофобия, - добавил Шафиров красок.

– Еще и психопатология у нее. Не повезло Цепилову с женой.

– Ладно, поострили и хватит, - посерьезнел шеф. – Первое. Задачу ты выполнил. Цепилов теперь не отмоется, так что ждет его конфискация и пуля в голову. Второе. Спецгруппа засвечена и теперь будет официально прикреплена к городскому отделу по борьбе с хищениями социалистической собственности. Отдел на время служебных проверок в отношении его сотрудников возглавит Ситников. Пока ВРИО походит, потом посмотрим. Кстати, ты не хочешь туда перейти? Будешь руководителем специальной группы. Сам себе сотрудников подберешь, Мамонтова со с Скворцовым к себе подтянешь.

– Нет, не хочу, - моргнув от неожиданности, открестился я.

– Прокуратуру предложить не могу, у тебя же будущий тесть там служит, а это уже конфликт интересов, сам должен понимать.

– Да мне и в милицейском следствии нормально, – ответил я, думая о том, что в Союзе мне осталось пару месяцев провести, а значит смысла что-то менять не было.

– Спецгруппа – начинание новое, - вернулся к прошлой теме полковник, - к тому же это мое детище, и мне небезразлично, кто в нее войдет, ведь от этого напрямую будет зависеть эффективность подразделения. Так что ты еще раз подумай над моим предложением. Документы о переводе Мамонтова и Скворцова я уже подготовил.

– Валерий Муратович, ну какой из меня оперативник? Я чисто кабинетный работник. Давайте я вам лучше еще одну идейку подкину? – предложил я размен.

– Ну, излагай, - удалось мне его заинтересовать.

– Вот вы в начале нашего разговора посетовали, что обыск мы провели нештатно, со стрельбой и разрушениями. А ведь это все можно было предотвратить. Вот смотрите, кем был Цепилов – майором милиции, начальником одного из отделов городского УВД. Фигура. Согласитесь? А кто к нему заявился на обыск? Младшие по званию и должности. Не принял он нас всерьез и попытался подмять. А вот если бы к нему вместе со следователем пришли ребята в бронежилетах, да в шлемах с противоударным забралом, еще и вооруженные не только пистолетами, но и автоматами, он бы даже рыпнуться не посмел. Потому что впечатлился бы до усрачки. И обыск прошел бы в спокойной обстановке, без эксцессов.

– Не понял, какие ребята в бронежилетах и с автоматами в МВД? Ты, вообще, о чем?! – Шафиров от удивления даже голос повысил.

– Об отряде милиции специального назначения - спецназ в системе МВД, который бы осуществлял силовую поддержку следственных действий и оказывал помощь уголовному розыску в задержании особо опасных преступников.

– Уголовный розыск и сам прекрасно преступников задерживает, - не оценил мое новаторство полковник.

– Но главное, этот отряд можно использовать в борьбе с организованной преступностью, - невзирая на скепсис шефа все-таки продолжил я.