— Какого чёрта здесь происходит? — заорал отец, тыча в меня пальцем.

Герман крепко держал меня за плечи, но я продолжал попытки сорваться с места, чтобы продолжить свою месть этому ублюдку.

— Он с катушек слетел, — вместо меня ответил отцу Давид. — Конченый псих! Его снова походу баба бросила, а он меня винит.

— Давид! — предупредительно рыкнул Герман.

Я не видел его лица, он был у меня за спиной, но точно знал, что прочёл бы в его взгляде опасное холодное предупреждение. Потому что Давид точно его прочёл и сразу заткнулся.

— Феликс! — отец пробуравил меня недобрым взглядом. — Что случилось с твоей девушкой? Где она, чёрт возьми? И почему ты напал на брата?

Я упорно молчал, не желая отвечать на его вопросы. Мне нечего было ему сказать. Адреналин потихоньку отступал, ярость утихла, а на её место пришло опустошение. Мне нужно было найти Соню…

Начал вырываться. Неистово дёргал плечами и Герман уступил.

— Брат… — было начал он, но я одарил его спокойным взглядом.

— Я в норме, — коротко бросил, и не глядя на отца и мать, пересёк холл.

Через секунду шарахнул входной дверью, точно зная, что Герман сгладит углы моего неадекватного поведения. Брат это мог — убеждать людей в том, во что бы они никогда не поверили.

Спустя пятнадцать минут, Герман тоже покинул дом. Я дожидался его у машины.

— Удивлён, что ты ещё здесь, — издевательски бросил он, явно злясь на меня.

— Я хочу знать её адрес, — отчеканил непреклонно.

— Не скажу, — он потряс головой. — Лучше я сам…

— Черта с два! — заорал, перебив его. — Ни хрена ты не сам! Она моя, не твоя. Я сам поговорю с ней!

— Боже, Феликс, — брат болезненно зажмурился. — Говоришь так, словно у тебя отобрали любимую игрушку. Соню нельзя заставить, разве ты этого ещё не понял? Я не скажу тебе адрес, Феликс, — непреклонно отрезал Герман. — Даже если пошатнется наша дружба, всё равно не скажу.

— Да почему? — взвыл, как раненый зверь.

— Потому что ты, — ткнул пальцем мне в грудь. — Как и всегда наломаешь дров, мы через это проходили. И теперь я не позволю тебе их наломать. Выдохни! Чтобы ей не сказал Давид, во всей этой ситуации нет твоей вины. Виноват я! И только мне расхлёбывать эту кашу.

— А мне что? Просто ждать? — хрустнув пальцами, сжал кулаки.

— Да! — живо отозвался брат. — Она сама должна принять решение! А тебе нужно набраться терпения. То, что ты никогда не умел. Сможешь?

София

Всё спокойствие, которое я собирала по крупицам всю обратную дорогу домой, вмиг меня покинуло, когда телефон в моей руке ожил тихой вибрацией. На экране высветилось имя: Герман. Первый порыв — взять трубку. Второй — послать его ко всем чертям. Однако я просто смотрела на телефон невидящим взглядом, до тех пор, пока вызов не прекратился.

Телефон оживал в моей руке снова и снова. Я понимала — они заметили моё отсутствие. Но объясняться я не собиралась. Никто из них этого не сделал. Ни Герман, который шантажировал моего брата и вынудил меня расплачиваться. Ни Феликс, который всё знал. На душе было просто мерзко от осознания действительности. Наверное, в большей степени из-за того, что я и мой брат стали пешками в какой-то больной игре избалованных мажоров.

Выскочив из такси, расплатилась с водителем серьгами. Теми самыми, которые Феликс подарил мне утром в честь нашей поездки к его родителям. Было бы побольше времени и смелости я бы избавилась и от платья. И от туфель и белья. От каждого напоминания присутствия Сабурова в моей жизни.

Но если избавиться от одежды я могла, и отмыться в душе от его прикосновений тоже была в силах. То заштопать сердце не удалось бы никогда.

Смахнув с лица горячие слёзы, устремилась к подъезду. Долго набирала заветный номер квартиры, пока брат не впустил меня. Три лестничных пролёта и я стояла возле квартиры, которая досталась нам после смерти родителей.

Зарарабанила кулаками. Громко, чтобы быть услышанной.

Сашка открыл мне дверь нехотя. Потёр заспанное лицо разбитыми в кровь руками и отступил в сторону, пропуская в квартиру. Я больше ничему не удивлялась. Ни внешнему виду брата, ни его трусливому внутреннему миру. Ни даже его вопросу:

— Какими судьбами?

— Это правда?! — почти выплюнула в лицо неблагодарного засранца. Оттолкнула к стене, хватаясь обеими руками за горловину растянутой майки. Потянула вверх и на себя, пока наши взгляды не встретились. Мой полный злобы и его абсолютно пустой без тени сожаления.

— Что правда? Не люблю шарады, давай быстрей.

— Ты заснял на видео момент надругательства над девушкой?! И промолчал!? Ничем не помог!?

— А что я должен был сделать? — вспыхнул он, шлепком по рукам, освобождаясь от моего захвата.