Подойдя к «Ласточке», она хлопнула в ладони, привлекая всеобщее внимание, и этот негромкий, в общем-то, звук, услышали все до самого горизонта. Седоки со своими скакунами умоляюще попытались было посмотреть на неё, но этот номер у них не прошёл, до того она выглядела строгой и непередаваемо взрослой. Честно слово, я сам постарался выпрямиться и заодно проверил одежду с причёской, всё ли там хорошо. Далин тоже расправил складки за ремнём и расчёской поправил бороду, приняв стойку смирно, как в дружине на построении.

Зорька и Трезор как можно медленнее, растягивая удовольствие, спустились к нам, высадив на камни снова перекинувшуюся в саламандру Лариску. Кирюха соскочил ещё на подходе и теперь всё той же серой молнией метался по скалам, чего-то разыскивая, но вскоре подскочил к нам с тапком в подмышке.

— Как же здорово-то было! — подскочил он ко мне, насквозь пропахший свежим ветром, приключениями и удовольствием. — А ты чего кататься не пошёл? Они же облачные! Сидишь, как на перине! А уж скорость, а вид, а ветер! Я даже Трезором рулил, ты видел, видел?

— Успею ещё, — я невольно заулыбался вместе с ним, до того он был заразителен в своем отличном настроении и счастье. — Видел, конечно. Ты молодец.

Лариска оторвалась от прощания с лошадкой и собачкой и тут же вывалила на всех ворох своих впечатлений. Голова моя немедленно распухла от кучи восторженных образов и эмоций и, если бы не Лара, цепко ухватившая меня за руку, сел бы я на задницу.

Саламандра взахлёб рассказывала всем нам, кроме, к сожалению, Далина и Антохи, как ей было хорошо. И что у неё теперь есть самая настоящая подруга и она тоже девочка! А то всё мальчики да мальчики, хотя она всех нас любит! И что у них теперь с Зорькой есть даже один общий секрет, про который они никому не будут рассказывать! Никогда-никогда! И что ловкий и сильный Трезор тоже подружился с ней и с Кирюшкой, но с Кирюшкой сильнее, они же мальчишки, и что догнать они их, девочек, почти и не сумели! И как ей теперь хорошо, и что завтра они снова пойдут гулять! Ну, если Лара разрешит, конечно, им ещё поиграть. Но ведь разрешит же, да? Ну пожалуйста-пожалуйста!

И тут Лариска так сильно зевнула, что даже сама удивилась. Я невольно улыбнулся, а вот Лара выглядела до того строго и неприступно, что саламандра немедленно прижала ушки. Эльфийка не собиралась потакать ни Лариске, ни своим зверятам, и все это немедленно прочувствовали.

— Спать, — ткнула рукой Лара в сторону всё еще открытого окна, и Лариска, успев кивнуть на прощанье друзьям, с испуганным писком рванула в свою спаленку и спряталась там от строгой эльфийки, немедленно заснув. А Зорька с Трезором прижались друг к другу, невольно отводя глаза от суровой хозяйки.

— Далин, на тебя вся надежда, — Лара наконец отпустила мою руку и повернулась к нему. — Баловаться не давай. Ты её не чувствуешь, но вот она тебя очень хорошо, запомни.

Гном медленно и серьёзно ей кивнул, многообещающе погрозив мне кулаком и строго посмотрев на Кирюшку.

— Антоха там ужин готовит, — сказал он ему, — один. Ты почему ещё здесь, товарищ трюмный?

Кирюха пискнул не хуже Лариски и немедленно испарился, а Зорька с Трезором рассматривали нас во все глаза, пытаясь понять, шутим мы, или всё-таки нет. Но Лара строго посмотрела на них, что-то сказала, и небесные звери дружно рванули вверх, устраивать из какого-то облака себе перины на ночь, хотя до неё ещё было далеко.

— Еда готова, — высунулся во открытое окно Антоха. — Накрывать?

— Спасибо, — поблагодарила его Лара с самой ласковой улыбкой. — Накрывай. Вы ешьте, только мне чая с пирожком оставьте, я пока к себе пойду. Надо последние известия узнать, ключ-камень разрывается, наверное. А после приглашаю всех вас к себе домой, совет держать будем.

Я плюхнулся на стул рядом с возбуждённым Арчи, восторг которого не смог унять даже самый настоящий, умопомрачительно пахнущий рассольник с расстегаями. Кирюха, скромно стараясь не попадаться на глаза напоказ насупившемуся Далину, шуршал по кухне, уговорив Антоху сесть уже и есть спокойно, а он тут сам и чай нальёт и всё остальное сделает.

— Ох и зрелище было, — по второму разу подступил ко мне Арчи. — Лошадка из облаков, а на ней девчонка огненная! А уж как Кирюха-то вопил, куда там пароходу! С тапком наперевес!

Домовёнок что-то буркнул в свой оправдание, весело улыбаясь и показав всем, как он ловко махал гномской обувью в полёте под облаками, не каждая сабля так может.

— Лариска спит без задних ног, — немного недовольно заявил нам Далин. — Умаялась. Слишком много впечатлений за один день. Друзья — это, конечно, хорошо, но вдруг срочный взлёт? Соляры нам надолго не хватит, придётся тонны три взять на борт при случае. Плохая идея, конечно, таскать горючее рядом с саламандрой, но ничего не поделаешь. Да и взрослая она уже вроде бы, должна понять, что можно, а что нельзя.

Все молча согласились, занятые рассольником, который сумел успокоить даже Арчи. А насчёт соляры гном правду сказал, придётся наполнить основные баки на всякий случай. Сейчас-то у нас полны только резервные, дальние от машинного отделения баки, ведь тянуло несмышлёную саламандру к горючке, как ребёнка ко вкусному мороженому, и риск пожара был слишком велик. Но теперь-то с ней можно договориться, можно что-то ей объяснить, и она должна понять, умная ведь девочка.

— До Белорецких соляры хватит? — вдруг спросил у меня Арчи.