— Я из-за этого чуть не погиб! — упрекнул друга Карл и рассказал о том, что произошло.

— Господи! — воскликнул Эрик. — Ты должен был догадаться, что я не мог вот так просто взять и отправить тебе письмо, если бы хотел пригласить тебя в какое-то тайное место!

— Да, я свалял дурака. Зато у нас теперь есть еще один свидетель, который может подтвердить, что действия зеркальной сети преступны.

— Сейчас и без того достаточно доказательств. Повсюду происходят вещи, похожие на те, о которых сообщила немецкая журналистка. После того как вышло ее видео, таких сообщений стало появляться всё больше и больше. А в мире, похоже, бушует настоящая битва между сторонниками и противниками зеркальной сети!

Тед Корли прибыл примерно через час, вскоре присоединился и Дон Спиннер. Моррис торжественно объявил, что присутствует достаточно членов наблюдательного совета, чтобы иметь возможность принятия решений в условиях чрезвычайной ситуации в соответствии с пунктом семнадцать третьего параграфа Устава "Глобал Информейшен Системс". На обсуждении — вопрос о немедленном отключении всех серверов, которые использует для работы зеркальная сеть. Немедленно и на неопределенный срок должны также отключиться все резервные системы.

— Чего ты добиваешься? — воскликнул Корли. — Эштон, ты что, свихнулся?

— Я подаю свою заявку по просьбе Министерства внутренней безопасности Соединенных Штатов, представитель которого, мистер Хадсон, присутствует здесь. Мистер Хадсон, не могли бы вы вкратце объяснить нам, в чем причина вашей просьбы?

Хадсон заявил, что зеркальная сеть представляет опасность, поскольку она вышла из-под контроля. Затем он дал слово Эрику и Карлу, которые еще раз объяснили, почему сеть следует отключить. Карл, в свою очередь, пригласил Джека, который выразительно описал, как чуть не стал убийцей, повинуясь приказу Зеркала.

— Какая ерунда! — воскликнул Корли. — Ты же не веришь этим двум предателям, которые с самого начала были настроены против зеркальной сети и саботировали работу? А еще вы додумались выслушивать свидетельские показания мелкого жулика и его мамаши! А вы, господин агент национальной безопасности, можете сколько угодно вестись на эти уловки. Я этого делать не буду. Как ответственный член правления "Глобал Информейшен Системс", я заявляю, что никогда не вынесу такого решения! Просьба Эштона Морриса отклонена!

— Подожди, Тед, — вмешался Дон Спиннер. — Как адвокат, я должен сказать тебе, что ты идешь на большой риск, сопротивляясь требованиям властей. Если то, что нам рассказали основатели "Уолнат Системс", окажется правдой, ты будешь нести огромную личную ответственность. Кроме того, тебя могут обвинить в противоправных действиях.

Хадсон многозначительно кивнул.

— Да, вам следует проконсультироваться со своим адвокатом.

Корли уставился на Дона Спиннера, словно тот сошел с ума. Затем он ударил кулаком по столу так сильно, что зазвенели стоявшие там стаканы.

— Дерьмо! Ты понимаешь, что мы собираемся разрушить ГИС, Дон?

Спиннер кивнул.

— Лучше пусть рухнет ГИС, чем лично мы, Тед.

Корли просто затрясся от ярости. Он повернулся к Карлу.

— Это ваша вина! Вы обманули нас, когда мы поглощали вашу компанию! Когда это закончится, я лично позабочусь о том, чтобы вы погасили все убытки!

Повисла напряженная тишина. Мать Джека с тревогой взглянула на Карла. Он умиротворяюще поднял руку.

— Вы правы, Тед. Это моя вина. И я беру на себя ответственность за это. О возмещении ущерба адвокаты могут договориться позже. Но мы должны сначала предотвратить еще больший ущерб. Прошу вас, Тед, согласитесь с решением мистера Морриса!

Корли что-то пробормотал, но потом заявил:

— Ладно. Я протестую! Но вынужден согласиться с решением моего коллеги — финансового директора.

— Прекрати нести чушь, Тед! — рявкнул Дон Спиннер. — Нельзя ни на что соглашаться с такой формулировкой. Либо ты согласен, либо нет.

— Черт с вами со всеми… Я согласен.

— Тогда я заношу в протокол заседания, что единогласно было принято решение принять чрезвычайные меры, предложенные Эштоном Моррисом, и считать приказ об этом вступившим в силу немедленно.

Эти слова, означающие конец зеркальной сети, стали эпитафией к проекту, на который Эрик и Карл потратили лучшие годы своей жизни.

На площади перед Букингемским дворцом бурлила толпа, но люди продолжали прибывать со всех сторон. Они размахивали самодельными транспарантами и картонными табличками с надписями: "Руки прочь от моего лучшего друга!", "Мое Зеркало принадлежит мне!", "Долой запрет на Зеркало!" Почти все демонстранты носили зеркальные наушники или очки. Некоторые скандировали речевки или плохо зарифмованные стихи, которые, однако, в общем шуме и хаосе понять было практически невозможно.