— Что магия, магические существа и маги снова обретут силу и вес, — быстро сообразил король. — И?

— И логично, что пресечь изменения — спровоцировать восстание. Или даже войну. Кому нужна магическая война сейчас. А вы и без нас прекрасно понимаете, что лучше контролировать и договариваться, нежели воевать. Не так ли, дядюшка? — проговорила Шарлотта, наливая в четыре ранее заготовленных бокала красное вино и протягивая один королю. — Мы предлагаем восстановить в правах магический ковен и академию магии, которая некогда была при нем.

— Вы издеваетесь? — спустя несколько мгновений молчания, полюбопытствовал король.

— Ничуть, — высказалась уже я. — Мы сможем обучать магов, направлять их умения и дар в правильное русло, Ковен будет иметь вес в совете, как и ранее, и маги не будут пытаться отвоевать себе место в этом мире. Им проще будет занимать тем, для чего предназначены на самом деле их силы и умения — борьба с нежитью, опасными магическими существами и тварями, которые несомненно тоже вернутся. А управление государством — ответственность и обязанность короны и только. У вас есть шанс стать тем, кого будет уважать весь магический мир.

Я льстила. И врала. Уважать этого лысого интригана я точно никогда уже не смогу. Но очень надеюсь, что это не отражалось у меня на лице так же явно, как сомнения в глазах нашего дражайшего дядюшки.

— Полагаю, у нас с вами куда больше общего, чем мне казалось ранее. Предлагаю… обсудить детали, — вздохнул он, все же взяв бокал у Шарлотты из рук. — Я все же вас недооценил.

— И ты думаешь, что он сдержит все свои обещания? — просил Рейм.

В темноте нашей небольшой комнаты я не могла разглядеть его лица, хоть и очень этого хотела. Устроив голову на его груди, прислушиваясь к стуку его сердца мне меньше всего сейчас хотелось разговаривать о короле. И даже о его обещаниях. О чем я и попыталась сообщить мужу, оставив дорожку из поцелуев на его груди, до шеи.

— Ему деваться некуда, — хмыкнула я и чуть не заурчала, когда пальцы супруга пробежались вдоль моей обнаженной спины. — Он даже наш с тобой брак признал законным на территории всех королевств. А это значит что? Мы ему нужны. И он не дурак, умеет выдавить всю до капли выгоду из любой ситуации.

— А какая польза от нашего брака?

— О! Во-первых, я на него не буду обижаться. Как и мои бесчестно обманутые сестры. Это очень важно, между прочим. А во-вторых, — я чуть замялась. Все же планировала этот разговор перенести на более подходящий момент. Но, видимо, подходящих моментов не существует. — Я теперь член Ковена магов и, вероятно, на меня сгрузят работу с академией магии. И… мне нужны преподаватели. Теории магии, боевых искусств, знания артефакторики…

— То есть ты уже нам и места присмотрела в еще не созданной академии для пока не выросших магов? — насмешливо поинтересовался Рейм.

— Ну, если вы вдруг пожелаете… К тому же осесть на одном месте не означает не путешествовать. Нас ждет огромная работа. Найти этих детей, обучить. К тому же, пока они не выросли и не обучились, магические атаки и нападения тварей станут нашей обязанностью. Так что… Конечно, я не могу просить о таком, и даже пойму, если ты откажешься…

— Угу… И оставить такие развлечения кому-то другому? Я точно не готов. Думаю, что и Сьяра с Тео тоже не откажутся. Но скажешь им это ты.

— Ох… Тео меня заклюет.

— Зато мы услышим все возможные неблагоприятные стороны вашей затеи. Это важно, когда планируешь что-то. Сможем себя обезопасить.

— Потому ты его и терпишь?

— Не только! Он хороший друг, всегда прикроет спину и готов отдать жизнь за любого из нас троих. За это можно и потерпеть его ворчание.

Я перевела дыхание. Боги, сколько еще предстоит работы. Сколько всего. И это…

— Мне так страшно, — призналась тихо я.

— Я буду рядом.

— Это все брак, — улыбнулась я.

— Нет, Анна. Это все любовь.

Улыбка сама коснулась губ. Любовь. Похоже, она вот такая и есть. Теплая, надежная, пылкая и страстная, способная на жертвы.

— И я люблю тебя, — тихо произнесла я за миг до того, как нежные губы моего мужа накрыли мои.

А значит, мы справимся со всем.

В лунном свете купался единственный дом на отшибе крохотной деревушки в десяток дворов. Только в его окнах все еще дрожал свет.

Было тихо. Даже собака не залает, не пугукнет филин.

Две старухи, взбивая отсыревшую пыль клюками брели по дороге.

— Ты ненормальная, — ворчала одна. — Это же надо было додуматься до такого. А если бы они не справились? Если бы Этгельда вырвалась, получила тело Анны?

— Тебе пора менять облик уже, ворчишь, как старая рухлядь, — проскрипела в ответ вторая. — Мы бы вмешались. Я следила за всем, что происходило. Зато теперь у нас есть магия. Много. Чувствуешь?

— Да уж… Не знаю, к чему это все приведет, но мир действительно словно ожил.