Все горожане с любопытством следили за этой необычной работой, не понимая для чего все эти хлопоты неугомонных чужеземцев. И долго дивились, когда странный ведун вместе со своим холопом стали «рассекать» по улочкам на своих изобретениях. Ездить на таких «лыжах» было очень неудобно, несколько раз горе-лыжники падали в снег, а под конец «ботинки» о вовсе отвалились от «лыж». На том катание и закончилось. Но удовольствие они получили большое, как в детстве, а вятичи ещё долго обсуждали увиденное событие.

— Это же надо — к ногам сани прикрепить? — удивлённо шептались они, — До чего же, всё-таки, чудной наш ведун.

— Не чудной, а мудрый, — отвечали другие, — Не будь его, хазары бы всех нас давно уже полонили и данью обложили. Ему сами Боги благоволят.

Но всё же главным событием была предстоящая свадьба ведуна. Об этом только и говорили почти в каждом доме. Однако, не за долго до свадебного торжества произошли и другие важные события.

Прежде всего, состоялся совет старейшин, на котором Андрей внёс предложение по освобождению Василия от кабальной зависимости. Князь его поддержал, но мнения старейшин неожиданно разделились.

— Если мы всех своих холопов начнём освобождать, то эдак скоро вообще ни с чем останемся, — говорили некоторые старшины, — Пусть выкуп за себя даёт, тогда и поглядим.

— Выкуп — это хорошо, — закивали старейшины.

— Побойтесь гнева Богов, — поднялся с места Вятко, лицо его раскраснелось он волнения, — Речь не идёт о всех холопах, а только об одном, который внёс большой вклад в нашу победу над врагом. Кто ещё из холопов так нам помог отразить нашествие хазар?

— Это верно, — вынуждены были согласиться присутствующие.

— И о каком ещё выкупе вы токуете, братья, — продолжал князь, — Он нам вообще бесплатно достался. Серебро, что вы на его покупку давали вам же и вернулось. Али позабыли уже? Радим, небось, до сих пор локти грызёт.

Все промолчали. Возразить князю было не чем.

— Андрейка дело говорит, надо таких людей поощрять. Пусть он и дальше нам пособляет свободным человеком, — закончил он, — Давайте решать.

Дело кончилось голосованием. Андрей знал, что в те времена это имело буквальный смысл. Но наблюдал этот «процесс» впервые. Рук никто не понимал. За какое решение больше «подавали голоса», то есть, попросту — громче кричали, то и считалось принятым. Поднялся невообразимый шум, чуть было не закончившийся дракой «стенка на стенку». Князю удалось кое-как восстановить порядок, растащив за шиворот по разным углам зачинщиков смуты, чьи семьи давно уже враждовали между собой. А тут выдался хороший повод поскандалить и набить морду друг другу. Ну, просто Монтекки и Капулетти какие-то! Подсчёт «голосов» вёл Хорив. Таким нехитрым способом, сторонники князя и ведуна одержали верх за явным преимуществом, и Василий отныне стал лично свободным человеком и вольным общинником в племени вятичей.

Едва только, немного успокоившись, члены совета приступили к обсуждению других насущных вопросов, как в коридоре послышался громкий шум и крики, громыхнула упавшая лавка с корытом замоченного белья и на пороге гридницы появился хорошо известный в городище охотник, по прозвищу Башка. Его свита была вся изодрана и заляпано кровью:

— Беда, братья, северяне наших побили! — крикнул он с порога и кинувшись к бадье с водой, стоявшей в углу, схватил ковш и стал жадно пить.

— Что?! — все повскакивали с мест, — Как это?! Говори толком!

— Да что тут говорить, — еле отдышавшись начал свой рассказ Башка, — Возвращались мы из леса домой, в Кордно. Охота было на редкость удачной, много дичины добыли. Прямо еле тащили, сани загрузили с верхом. А тут, всего в пяти верстах, из-за деревьев вылетают несколько саней и на нас. Глядим — это северяне. Числом их было втрое больше. Побили они всех наших и добычу всю отобрали, один я еле убёг, только потому, что места и тропы тайные тут все знаю. Они было погнались за мной, да не поймали. Теперь уже, наверное, на полпути к своему дому, душегубы сучьи!

Все дружно и возмущённо загудели. Вятко был больше всех взбешён такой наглостью соседей.

— Да, как они посмели зайти так далеко в наши земли?! — гремел он на совете старейшин, — Прошлым летом мы заключили с ними уговор по разделу охотничьих угодий. Теперь они его вероломно нарушают, да ещё и наших людей побили, подлюки.

— Наверняка родственники убитых кровной мести теперь потребуют, — заметил Хорив.

— Это уж точно, — подтвердил Башка, — Обиды такой не спустят.

— Верно! — зашумели собравшиеся, — Кровь за кровь! Таков обычай.

— Что делать станешь, княже? — жестко спросил Хорив.

— Дело тут ясное, — сказал князь, — По весне, как только сойдёт снег, соберу дружину и покараю этих душегубов. Они нам дорого заплатят за своё злодейство.

— Отчего же не сейчас? — спросил первый старейшина, взглянув исподлобья на князя, — Пошто ждать так долго, аж до весны?

— Сейчас не подходящее время, — отвечал Вятко, — Эти северяне сильны, наскоком их не взять. И леса свои они лучше нас знают. В мороз и пургу у них изрядное преимущество будет. Так что нужно поход хорошо подготовить. Тогда и прок будет. А то зря лишь своих людей положим, а мести не добудем.