Так странно…

– Ничего страшного, – вступаю я в их диалог и достаю из стола небольшой пластиковый кейс с визитками, – я могу рекомендовать вам не менее опытного агента…

– Нет!.. – восклицает Вероника.

– Это Мария Ржевская, – протягиваю голубую, с позолотой карточку, – она поженила Токаревых, Славиных и… кажется, Вологодских…

Продолжаю перебирать в памяти всех своих конкурентов, кому можно было бы подарить столь жирный заказ.

Роюсь в кейсе, чувствуя, как покалывает кожа лица от его тяжелого взгляда.

– Вот… Слава Рогожин… у него прекрасные отзывы… могу, кстати, сама ему позвонить…

– Матюш, ну, пожалуйста!.. – умоляюще шепчет Вероника, поглаживая рукав его пиджака.

Ну, давай же, Матюш!.. Ну! Подыграй мне! Покажи, кто в доме хозяин!. Скажи свое окончательное «НЕТ».

Поднимаю глаза на его лицо и натыкаюсь на полный ледяной ярости взгляд.

Ненавидит меня. Отвечаю тем же, смотрю ровно, задрав подбородок, показывая, что перед ним уже не та сходившая по нему с ума молоденькая дурочка.

Ты изменился, Матвей. Сильно. Но и для меня прошедшие годы не прошли даром. И лучше бы тебе со мной не связываться…

– Хорошо… – вдруг говорит он, все так же разъедая меня взглядом, – но, если мне что–то не понравится, вашей репутации конец!

Мудак!

Скрывая эмоции, опускаю глаза на сцепленные в замок руки.

Как жаль, что не могу ответить ему тем же. А ведь, мне есть, что сказать.

– Сделаем в лучшем виде! – растягиваю губы в широкой улыбке.

– Спасибо, Матюш!..

Вероника, добившаяся своего, вся светится от радости и, кажется, даже не замечает, как потрескивает воздух между мной и ее женихом.

Встав из–за стола, достаю с полки папку и бланками договора.

Будет тебе свадьба! Наизнанку вывернусь, но организую все по высшему разряду.

Поздравлю от чистого сердца, переступлю и пойду дальше.

Пока Матвей дотошно изучает договор, под несмолкаемый треп его невесты, незаметно убираю со стола фотографию Марго. Подальше от него. Не хочу, чтобы деревянная фоторамка пропахла его запахом, смешанным с дорогим парфюмом.

Раньше он не пользовался одеколоном, и в костюмах не ходил, и не выглядел, как успешный бизнесмен.

Молодец! Видимо, удачно вложил деньги, вырученные с продажи моей квартиры.

Проводив их из кабинета, наливаю воды из кулера и залпом выпиваю целый стакан. Расслабившись, чувствую, как по телу пошла нервная дрожь.

Я была уверена, что больше никогда его не увижу. Ч–черт… я думала… надеялась, что он спился… разорился, уехал в другой город, до сих пор чинит ржавые тачки в своем автосервисе на пару с Аллой…

Но, представить, что он придет в мое агентство в образе брутального мужика с шикарной невестой под ручку… Нет, такое мне даже в кошмаре присниться не могло!

Боже… какая тонкая ирония – мне предстоит организовать свадьбу бывшего мужа!

Не могу сдержать любопытства. Подхожу к окну и, раздвинув двумя пальцами полоски жалюзи, выглядываю на улицу.

Они стоят у большого черного внедорожника. Вероника что–то говорит ему, а он внимательно слушает, нежным движением убирая с ее лица прядь волос.

От этого жеста давит в груди. Я помню его. Помню, как он точно так делал это мне, а затем целовал кончик носа.

Я еще не забыла, каким он умеет быть.

Брюнетка смеется и тянется к нему за поцелуем. И он целует, накрывает ее затылок рукой, притягивает голову и накрывает ее губы своими.

Сглатываю…

Плевать.

Семь лет прошло. Все быльем поросло. Я давно все забыла и успокоилась.

Вот поженю их, и вновь все забуду и успокоюсь. Главное, не допустить его встречи с Марго.

Домой возвращаюсь уже ближе к девяти. Вымотанная и эмоционально опустошенная. С желанием принять горячую ванну и залезть с головой под одеяло, но материнские обязанности никто не отменял. Приходится засунуть свои дурное настроение и усталость куда подальше и посвятить оставшееся до сна время дочке.

– Мамуль, почему опять так поздно?..

– Дела, Маргош…

Дочь трет ладошками уставшие глазки и заглядывает мне за спину, заметив там цветастый пакет из детского магазина.

– Что там? Самокат?..