В шахте было чисто – ни одно щупальце не пробилось через плотно сомкнутые створки. Я, судя по всему, стоял на крыше кабины. Попробовать забраться наверх? В принципе, вполне реально. Линзы подсветили мне тянущиеся вдоль стен пучки толстых железных тросов, какие-то поперечные балки, расположенные на примерно одинаковом расстоянии друг от друга…

Я ухватился за один из тросов, подтянулся на нем, упираясь ногами в стену. Зар-раза, все руки, конечно, обдерешь, железный же. Впрочем, мне ли жаловаться. Амальгамы во мне столько, что царапины зарастут мгновенно.

Полез вверх, отсчитывая этажи. Пожалуй, стоит добраться хотя бы до пятого – туда скверна вроде бы еще не доползла.

Звуки беснующихся на нижних этажах тварей не стихали. Даже, кажется, наоборот, волна ярости Скверны разрасталась, докатываясь до самых отдаленных отростков. Это меня подстегивало, и я карабкался по тросу, не обращая внимания на царапины на ладонях. Возможно, кто-то из демонов чуял меня – в двери лифтов внизу то и дело бухали гулкие тяжелые удары. Хотя, может, просто совпадение.

Наверху, как ни странно, было тихо. Похоже, демоны и сами побеги грибницы не забрались выше второго-третьего этажа здания. Шахты лифта они не додумались вскрыть. И на пожарные лестницы, похоже, не смогли пробраться. Этаже на пятом я остановился, упираясь ногами в поперечные балки и переводя дыхание. Пожалуй, и хватит уже. Надо выбираться.

Оттолкнувшись от стены, я нырнул на изнанку и пробил насквозь лифтовые двери, ведущие на этаж.

На контрасте с грохочущей темной шахтой на этаже было светло и тихо. Грибницы не видно, да и вообще искажений почти нет. Ровные просторные коридоры в обе стороны от лифта. За прозрачными перегородками – рабочие кабинеты. Так называемый опен спейс. Куча столов, разделенных невысокими перегородками, островки с кулерами, кадки с какими-то растениями, разбавляющие унылый офисный пейзаж. И никого кругом.

Я вынырнул в реал и снова осмотрелся. Серый мир не передавал всей полноты картины. Увы, в реальности всё выглядело не так безмятежно. На столах царил хаос, часть мебели была опрокинута, на некоторых стеклянных перегородках змеились здоровенные трещины, а одна, похоже, вовсе была выбита напрочь – весь пол рядом был завален осколками. На стене неподалеку от лифта темнели бурые размазанные пятна, очень напоминавшие кровь.

Но было тихо, этого не отнять. Похоже, обитатели этажа покинул его. Я не спеша пошагал дальше по коридору. Так, на какую сторону выходят эти окна? Надо попробовать выглянуть, посмотреть, как там ребята внизу.

Выстрел грянул так неожиданно, что я присел. Тело тут же самой собой рванулось в сторону, падая в проход между столами. И только после этого я почувствовал боль в правом бедре. Схватился за него, ощутил горячую влагу под ладонью. Кровь. Да меня подстрелили!

Я нырнул на изнанку за секунду до того, как стрелок появился в проходе – напряженный, согнувшийся, водящий из стороны в сторону стволом пистолета. Мне пока было не до него – я схватился за раненую ногу, пытаясь понять, насколько серьезные там повреждения.

Ама отозвалась сама, не дожидаясь четко сформулированного запроса.

«Повреждения мягких тканей. Кровотечение. Кость и большие артерии не задеты. Болевой синдром купирован на время извлечения снаряда. Постарайтесь сохранять неподвижность. Операция займет около тридцати секунд».

Стиснув зубы, я уставился на прореху в штанине. Резкой боли действительно не было, но я явственно чувствовал, как пуля ползет наружу. Терпимо, но жутко неприятно. Ещё немного – и блестящая медная головка показалась из раны. Я подцепил пулю ногтями и вытащил. Сама рана блеснула пятном амальгамы, быстро заполнившей её изнутри. Стало гораздо легче.

Стрелок, потеряв меня из виду, метался между столами, то и дело резко разворачиваясь и тыча пистолетом в разные стороны. Двигался он как-то странно, дергано, да ещё и заметно подволакивал левую ногу. Ранен? Ещё и какие-то красноватые пятна в районе головы – явно воздействие игниса.

Теплых чувств к нему я, понятное дело, не испытывал, но все же постарался отбросить злость. Это не монстр и не арран. Судя по всему, кто-то из людей, оказавшихся запертым в этом небоскрёбе после бури. А значит – как минимум, ценный источник информации.

Поднявшись, я последовал за ним. На этот раз был куда осторожнее и не стал покидать изнанку до тех пор, пока не убедился, что кроме стрелка поблизости никого нет. Подкрался к нему сзади, подсечкой уронил на пол и тут же зафиксировал лицом вниз, поймав в двойной нельсон. Он взвыл – не то от страха, не то от ярости, силясь вырываться из захвата, но я надавил всем весом, вжимая его щекой в темно-серый ковролин, покрывающий пол офиса.

Мужик был в деловом костюме, но явно не типичный офисный клерк. Крепкий, коротко стриженый, под пиджаком прощупывается портупея для ношения кобуры и дополнительных магазинов.