По пути домой мы заехали за покупками, и меня бросило в дрожь от того, что мы припарковались на том самом месте, где я стояла в день, когда королевские стражи пригрозили мне и потребовали держаться подальше от Принца Риса. Выйдя из магазина, я ничего не смогла с собой поделать и начала осматривать парковку, боясь, что они снова будут поджидать нас.

Ко времени как мы остановились на нашей улице, я была настолько взвинчена, что когда зазвонил папин телефон, я подпрыгнула на сидении. Папа взял телефон с торпеды и, прежде чем ответить, некоторое время задумчиво смотрел на номер. Я поняла, что что-то не так, когда его взгляд на короткий миг метнулся ко мне в зеркале бокового вида.

— Как вы так быстро узнали об этом? Нет, медики проверили нас. Всё в порядке. Мы только что приехали домой, — он немного понизил голос. — У неё небольшой порез на голове, но вероятно уже начал заживать. Лекаря? Не думаю, что в этом есть необходимость.

Мои подозрения насчёт звонка перевоплотились в гнев, пока папа говорил, а гнев быстро закипел до ярости. Лукас не общался со мной, но у него не возникало никаких проблем со звонком моему папе, чтобы проверить, как обстоят мои дела. Ох, уж нет.

Я отстегнула ремень безопасности, едва не вырвав его из замка, и, нагнувшись вперёд, выхватила телефон из папиной руки.

— Если хочешь знать, как я поживаю или что-то ещё, спрашивай у меня.

Единственным ответом, который я получила с другого конца, стала тишина, и это задело меня больше, чем всё, что он мог бы сказать.

— Я так и думала.

Я сбросила звонок и отдала телефон обратно папе, который наблюдал за мной со смесью тревоги и восхищения. Схватив два пакета с покупками, стоявшие рядом со мной на сидении, я открыла дверь машины.

— Не знаю, как вы, а я проголодалась.

Тихий смех мамы разорвал повисшее в машине напряжение.

— Мы поднимемся через несколько минут.

Я едва почувствовала холод, несясь к дому. Я знала, что родители задержались, чтобы поговорить обо мне, но мне было плевать. Я устала от всего этого. Устала от него.

Ворвавшись домой, я поставила пакеты на стол и, вытащив телефон, написала сообщение Виолетте. «Давай завтра потусим. Повеселимся где-нибудь».

Она не заставила себя долго ждать. «Кто ты и откуда у тебя телефон Джесси?»

«Ха-ха. Ты за?»

В ответ она прислала смайлик, закатывающий глаза, а потом написала «Ты ещё спрашиваешь?»

* * *

— Ты не веселишься, — Виолетта надула губы.

— Веселюсь.

Лорелла, подружка-фейри Виолетты, улыбнулась, стоя напротив нас за барным столом.

— Если тебе не нравится «Нави», мы можем пойти в другой клуб.

— Тут отлично. Я просто кое о чём задумалась.

Виолетта подалась ближе ко мне.

— О маме?

— Так очевидно?

Я вздохнула. Сегодня папе сообщили, что шторм на кладбище полностью уничтожил гроб Калеба. Мы не рассказали маме, но мы не сможем хранить это в тайне вечность. Новость омрачила мои планы сходить в клуб, и я бы их отменила, но папа не позволил.

— У твоей мамы самая волевая натура из всех, кого я знаю, — сказала Виолетта. — Не успеешь оглянуться, как она уже снова начнёт надирать всем задницы.

Я распрямила плечи.

— Ты права.

— Я всегда права.

Она подозвала официантку и заказала ещё безалкогольных напитков на наш столик. Обычно она пила какие-нибудь фруктовые коктейли, но сегодня отказалась, поскольку мы с Лореллой алкоголь не пили.

После того как официантка принесла нам наши напитки, Виолетта извинилась и ушла в туалет, оставив меня наедине с Лореллой. Лорелла знала о моём обращении и приняла меня под своё крыло сегодня вечером, когда я призналась, что не была в клубах в новом амплуа — как фейри. Жаль, что она была Благой, потому что было бы здорово иметь хотя бы одну подругу среди Неблагих, когда я в итоге отправлюсь к Двору.

Я изучила лицо Лореллы, пока она наблюдала за уходом Виолетты, и нельзя было не заметить нежность в её чертах. Она очень дорожила моей лучшей подругой, как и Виолетта дорожила ею. Я была счастлива за Виолетту, но и переживала. В мыслях я постоянно возвращалась к трагической истории Джексона Чейза и Принцессы Нериссы. Они влюбились, и любовь уничтожила их.

— Она без ума от тебя, — тихо сказала я.

— Я никогда ещё таких, как она, не встречала, — Лорелла перевела взгляд на меня, и в её глазах появилась печаль, которой я там раньше никогда не видела. — Я знаю, о чём ты думаешь. Ты боишься, что она пострадает, когда мы будем вынуждены расстаться.

— Для тех, кто её не знает, Виолетта кажется такой искушенной, но у неё огромное сердце, и она очень глубоко всё чувствует, — я повернулась полностью к Лорелле. — Ты мне нравишься, и я вижу, что ты дорожишь ею. Я лишь прошу, постарайся не сделать ей больно.