Если мне удастся найти дорогу обратно к цивилизации.

ГЛАВА 7

СЛОАН

Я не знаю, что и думать о парне на тропе. И почему он смотрел на меня так, будто мы всегда знали друг друга. Вернувшись домой, я быстро принимаю душ, чтобы смыть пот после пробежки. Я расчесываю волосы за своим столом, когда Кейси заглядывает ко мне в комнату. Она устраивается поудобнее, садится на мою кровать и смотрит на меня с отблеском жгучего желания, пляшущего в ее глазах.

— Что? — Я ловлю ее взгляд в своем зеркале, мгновенно вызывающий подозрение.

— Хорошо пробежалась?

— Отлично. Что это за улыбка?

— Тебя долго не было. — Ее заговорщицкая ухмылка поглощает ее лицо. — Можно подумать, что ты вообще не ходила на пробежку, а вместо этого встретилась, с кем-то, чье имя начинается на Д, а заканчивается на юк?

— Ты совершенно ошибаешься, — отвечаю я, фыркнув. — Я же сказала, мы с Дюком закончили.

— Тогда почему так долго?

— На тропе был какой-то случайный парень. Я подумала, что случайный горожанин забрел на территорию кампуса, и остановилась, чтобы допросить его.

— Ха! — набросилась она. — Так ты разговаривала с парнем.

— Это был не совсем разговор.

Это разрушило всю мою пробежку, на самом деле. Как выстрел картечью прямо сквозь озноб. Моя тропа — это мое убежище, куда я иду, чтобы убавить громкость своих мыслей и убежать от всего, что скапливается в моей голове. Это мое недосягаемое измерение. Люк для побега из моей жизни. Идеально сохранившийся оазис покоя. А тут какой-то заезжий турист, который влез в мой лес уединения? А потом у него хватает наглости флиртовать со мной, и что, я должна находить это очаровательным? Отвали, нарушитель.

— Так он был заблудившимся горожанином?

— Нет, очевидно, он новенький.

Хотя его основная неисправность еще не определена. Большинство из них — стандартные богатые правонарушители, появляющиеся с агрессивным алкоголизмом и не поддающейся лечению наркотической зависимостью. Нравится это моему отцу или нет, но Сандовер — это тихая, живописная программа отвлечения внимания, которая удерживает водителей, совершивших наезд, барных дебоширов, дилеров и азартных игроков от тюрьмы и таблоидов.

— Но ты была там какое-то время. — В воображении Кейси обыденные моменты моей жизни каким-то образом наполнены скандалом. — Ты ничего о нем не узнала?

— Его зовут ЭрДжей. Вот и все. Я не стала задерживать свое внимание на его биографии.

Большинство людей, которые меня знают, сказали бы, что у меня талант быть отталкивающей. Я вроде как горжусь своей способностью заставлять мальчиков спасаться бегством. Не знаю, был ли этот парень тупым или хотел умереть, но он не сдвинулся с места.

— Инициалы такие загадочные — заявляет Кейси.

— Если ты так говоришь.

— Он сексуальный?

— Он не отвратительный лесной тролль, я думаю.

По первому впечатлению, конечно, на него было приятно смотреть. Отлично. На него было очень приятно смотреть. Что-то в его волосах напомнило мне о раздевании. Как они выглядят после того, как парень снимает рубашку. У него тоже были темные волосы. Мне нравятся парни с темными волосами. И даже когда он сидел, я могла сказать, что он высокий, его тело мускулистое. Я большой поклонник таких качеств.

Но это не значит, что я влюбляюсь в каждого высокого, темноволосого и красивого парня, с которым я сталкиваюсь. Особенно если у них такие глаза. Те самые, которые с улыбкой подмигивают вам, пока вас держат в банке. Связываться с очередным плохим мальчиком не входит в мои планы на выпускной год.

— Слышать это от тебя, огромный комплимент, — обвиняет Кейси. — Признайся, ты считаешь его сексуальным.

— Я сказала, что он не отвратителен.

— Ну же, ты можешь это сделать. Скажи мне, что ты думаешь, что он сексуальный. — Моя сестра явно наслаждается, наблюдая, как я извиваюсь.

— Боже мой. Он горячий. Вот так. Теперь довольна?

Она самодовольно улыбается. — Вполне.

— Ты такая грубиянка.

— Нужно быть одним, чтобы узнать другого, — говорит она певучим голосом, и я быстро показываю ей палец.

— Честно говоря, меня больше интересует, почему я до сих пор о нем не слышала, — признаюсь я, скорее себе, чем ей, когда ложусь на пол со своим поролоновым валиком, чтобы поработать с напряжением в ногах. — Кто этот парень? Откуда он взялся? Из какой он семьи? Он как-будто упал с неба. Что-то в нем было… Он был каким-то невыносимым, но не с таким самодовольным, завышенным самомнением, как большинство этих придурков. Это было похоже на его собственный особый коктейль раздражения.