– В моем контракте был пункт о «возможных травмах на рабочем месте»… – проговорил я задумчиво. – Может ли данный случай рассматриваться, как травмирующий?

– К чему вы клоните, Семен Михайлович? – насторожился мой куратор.

– К денежной надбавке за скрытый от меня риск, – произнес я спокойно, слегка прищурившись.

Андрей Николаевич несколько секунд ошарашенно смотрел на меня. Наконец, он улыбнулся уголком рта.

– Стоит признать, я ожидал более… эмоционального подхода, – произнес он. – Рад, что вы не строите свои суждения, основываясь на ненужных эмоциях.

– Вы нанимали меня, исходя из моих личностных качеств. Вам должно быть известно, что я предпочитаю практичные методы решения проблем, – проговорил я ровным тоном. – В данном случае мне кажется, что дополнительная плата будет уместным методом решения возникшей… конфликтной ситуации.

– Полностью с вами согласен, Семен Михайлович! – радостно улыбнулся Андрей Николаевич.

– Однако у меня еще есть вопросы. Точнее, две просьбы.

– Я вас внимательно слушаю, – опять насторожился мой куратор.

– Первое: мне бы хотелось побеседовать с теми четырьмя людьми, которых вы нанимали до меня, – я задумчиво постучал указательным пальцем по столу. – Мне хотелось бы узнать про различия в наших начальных условиях. Второе: мне нужны некоторые вещи. Список я предоставлю вам чуть позже.

– С первым проблем не возникнет. Завтра утром я устрою вам встречу с теми, кто не будет находиться в погружении, – деловито кивнул Андрей Николаевич. – А по поводу вещей… Можете предварительно описать, что вам понадобится?

– Краски, кисти, несколько наборов чернографитных карандашей, несколько альбомов для рисования, и чертежные приспособления. Линейки, уголки, рейсшины, транспортир и циркуль, – я помолчал несколько секунд, раздумывая над необходимым списком вещей. – Да, пока что все. Сможете?

– Без проблем, – кивнул Андрей Николаевич. – Что будете рисовать?

Я пару секунд молчал, допивая сок из стакана. Закончив с напитком, я поставил стакан на стол и поднял взгляд на своего куратора.

– Все, – произнес я без сомнений. – Все, что там увижу.

***

Дверь в мою жилую комнату с тихим шипением отъехала в сторону, впуская внутрь человека. Я на секунду отвлекся от зарисовок, глянул на вошедшего и тут же вернулся к рисованию. В голове роились видения из того, электронного мира, и мне не терпелось воплотить их на бумаге. Рука сама выводила нужные линии на бумаге, практически нигде при этом не ошибаясь. Обычно, насколько бы точным я не был, ошибки в отображении придуманных образов появлялись гораздо чаще.

– Доброе… – я на секунду поднял взгляд на висящие на стене часы. – Утро, наверное.

Часы показывали полдвенадцатого. Какая это часть дня – для меня загадка. Кто-то ранним утром просыпается, а кто-то в одиннадцать-двенадцать… Мой подъем был привычно ранним, так что для меня был уже скорее день, чем утро.

– Взаимно, – кивнула Елена, без спросу присаживаясь на диван в углу комнаты.

Помещение мне выделили приличное, хоть и минималистичное. Здесь были кровать, широкий стол и стул возле него, диван, шкаф и тумбочка возле кровати. А, еще мягкий коврик возле двери. Все. В принципе, большего мне и не нужно. Видимо, руководство этого НИИ посчитало так же. Все элементы интерьера были выполнены в пастельных тонах, без каких-либо ярких элементов. Тот, кто все это проектировал, явно не заморачивался дизайнерскими изысками.

– Вы сильно заняты, Семен Михайлович? – спросила Елена, с любопытством следя за движениями моих рук.

– Для разговора я совершенно свободен, – Проговорил я, больше не отвлекаясь от своего занятия.

– Что ж, тогда замечательно. Первым делом мне бы хотелось выяснить, как ваше самочувствие?

– Ну… – я прокрутил карандаш между пальцев. – Более-менее. Голова периодически кружится, чувствую тошноту, плюс ко всему в довесок к ноге болит теперь еще и рука. Но, в общем и целом, бывало и хуже.

– Хм… – Елена задумчиво поджала губы, что-то обдумывая. – Головокружение и тошнота – нетипичные признаки после использования вирт-капсул. Нам нужно изучить этот вопрос…

– Может, это из-за непривычности задачи, которую обрабатывал мой мозг? – приподнял бровь я. – Обычно люди вселяются в человеческие тела. Мне же досталось что-то совершенно иное.

– Наши специалисты предположили то же самое, – кивнула Елена. – Однако данный вопрос требует изучения.

– Понимаю-понимаю, в науке без доказательств никуда… – кивнул я. – Но вы ведь сюда не поинтересоваться моим здоровьем пришли, так?