Фидель вызвал конвой и произнёс, обращаясь к предателю:

– Обо всех подробностях своих взаимоотношений с цэрэушниками, включая явки, пароли, прослушки ты обстоятельно расскажешь коронеру 18 . Попробуешь что-нибудь утаить – закончишь жизнь в сапоге 19 !

Карлоса увели, а Фидель вызвал своего помощника и надиктовал ему текст депеши, которую велел немедленно доставить в посольство СССР в Гаване.

24 февраля 1969 года. Москва. Лубянка.

Утро у генерал-лейтенанта Локтева ушло на разборку почты. Скопилась уйма бумаг, каждая из которых, требовала личного участия, внимания и времени, которого у руководителя подразделения «С» (нелегальной разведки) Первого главного управления КГБ СССР, было, до крайности, мало.

За окном разыгралась метель. Не видно ни зги. Стояла жуткая февральская стужа.

В кабинете жарко. Генерал подошёл к окну и открыл форточку.

Адъютант принёс кофе. Свежая булка, с ароматом морозного воздуха, показалась ему особенно вкусной.

Внимание Локтева привлекло сообщение Солдатова А.А. – резидента КГБ в Гаване (открытая должность – советник посольства СССР на Кубе) извещавшего, что из источника, близкого к окружению Фиделя Кастро, стало известно, что среди лиц высшего руководства ЦРУ создана группа, занимающаяся контрабандой наркотиков из стран Латинской Америки в США. В качестве перевалочной базы задействован порт Коринто в Никарагуа. Деньги, вырученные от продажи зелья наркодиллеры направляют на свержение проамериканского режима.

Локтев ещё раз прочёл кубинское сообщение, сопоставив его с донесением агента Леля, годичной давности о том, что среди осведомителей Западного побережья США завёлся крот.

Лель информировал, что намерения советской стороны, в частности, по переговорам ОСВ с США, становятся быстро и с подозрительной точностью известны Киссинджеру 20 .

Контрразведка уже второй год занималась поиском «лелевского» крота, но пока безрезультатно. Утечка сведений могла исходить как из посольства СССР в США, так и из подразделений головного штаба КГБ и МИДа.

Изначально в число подозреваемых вошло большое количество людей. После предварительного расследования, круг заметно сузился. Шла тщательнейшая проверка. Ошибиться было нельзя. На кону стояла репутация многих людей, преданно и беззаветно служивших Отечеству. Оскорбить их незаслуженным подозрением, было бы жестоко и бесчеловечно.

Интуиция подсказывала Локтеву, что в донесении Солдатова может скрываться ключ, которого так не доставало в деле «лелевского крота».

***

Рабочий день в учреждении ещё не начался. Сотрудники пока не заняли своих мест. Молчали телефоны.

Локтев просмотрел остальные документы, расставил по местам подписи. Вызвал адъютанта, велел забрать бумаги с готовыми резолюциями и пригласил к себе в кабинет полковника Аристова.

Аристов курировал самый большой, сложный и стратегически важный регион – Северную и Южную Америку. Человеком он был немногословным, спокойным и системным. Вчера записался на приём, но рапорта, или какого-либо иного письменного свидетельства темы аудиенции, не представил.

Из чего следовало, что разговор предстоял неформальный, выходящий за рамки текущих вопросов. «Хотя какая тут может быть формальность, в нашем-то деле?» – усмехнулся своим мыслям генерал и приготовился к приёму.

***

Вошёл Аристов и доложил, что пропал агент Троян, много лет работающий на Западном побережье США.

– Троян?.. Этого ещё не хватало! Что произошло? – расстроился Локтев.

– Пока неясно. В течение трёх месяцев он не выходил на связь. Трижды не явился на очную ставку. Последний тайник от него был получен в начале сентября прошлого года. С тех пор тишина, – ответил Аристов.

– Прежде такое случалось? – спросил Локтев.

– Да. Но находило логическое объяснение. В нынешней ситуации, все разумные сроки давно вышли. Считаю, что этот инцидент требует серьёзного вмешательства контрразведки, – пояснил Аристов.

– Какие меры уже предприняты? – спросил генерал, цепко ухвативши взглядом подчинённого.

– Мы выяснили, что Роберт Рэй (американское имя Трояна) четыре месяца назад уволился с работы. Съехал со съёмной квартиры, – продолжал Аристов, – В больницы, полицейские участки Сан-Франциско не поступал. Морги тоже проверили – трупа нет.

– Как обстоят дела с его близкими родственниками? – продолжал расспрашивать генерал.

– Родители – пенсионеры: Свиридовы Алексей Юрьевич и Алёна Дмитриевна проживают в Челябинске. Жена – Свиридова Мария Петровна работает на оборонном заводе. Сын Алексей – студент третьего курса, МГТУ им. Баумана, – проинформировал Аристов, – За каждым из них установлено круглосуточное наблюдение. Подозрительных контактов пока не обнаружено.