– Но ты ведь не случайно меня подобрала?

– Ладно, хорошо, – уступила Ася. – Я действительно знала, кто ты. Я видела листовки. Я хочу тебе помочь.

Лида внимательно посмотрела на Асю: она казалась спокойной, сдержанной и доброжелательной, но, по сути, была той же недовольной тёткой из очереди, которая хочет получить своё, заставив собеседника почувствовать себя ничтожным. Ради себя Лидаа никогда с ними не связывалась. Ради Лены две недели назад впервые в жизни отодвинула такую тётку, преградившую ей путь к кабинету. И сейчас она собиралась сделать то же самое.

– Ты врёшь, – твёрдо сказала Лида.

– Как хочешь, – Ася как будто отступила, и Лида почувствовала, что побеждает. – Я не настаиваю. Можешь уходить.

Она вошла на участок и хотела прикрыть за собой калитку, но Лида не дала:

– Нет, теперь я не хочу уходить, – жёстко ответила Лида. – Я просто констатирую факт: ты мне врёшь, и я это вижу.

25.

Вечером, когда машина Виктора подъехала к дому, Лида робко вошла на участок.

– Как Вероника? – спросила Лида.

– Нормально, – нервно и резко ответил Виктор.

– Как нога?

– Открытый перелом голени.

– Поговорили с ней?

– Нет, она была после операции, ещё под наркозом. А что? Боитесь, что она может что-то рассказать?

Тёмные, почти чёрные глаза Щукарёва цепко смотрели из-под нависших бровей. Лиде стало не по себе: это был обвиняющий, почти угрожающий взгляд.

– Боюсь? – нервно переспросила Лида.

– Откуда у неё синяк на шее? Её что, душили? – спросил Виктор. – Почему Вероникин шарф был у вас в саду?

Лида опустила взгляд и стала смотреть на сцепленные на коленях руки.

– Ну, чего вы молчите? – спросил Виктор.

В другое время Лида заплакала бы, но сейчас ей нужен был союзник.

– Ваша жена, – начала она, – пришла к нам сегодня утром ругаться из-за кошки…

Она рассказала ему всё, что знала: обстоятельно, стараясь не упускать подробностей, включая свой недавний разговор с Асей и историю о пропавшей дочери. Когда она закончила, Щукарёв помолчал немного, потом предложил:

– Пойдёмте в дом. Серёг…

Он обернулся в поисках Сергея, но нигде его не увидел.

– Кажется, он ушёл, когда я пришла, – сказала Лида.

– Куда?

– Я не знаю. Вышел в калитку.

Он отправился к Асе и, войдя, сказал заранее заготовленную фразу:

– Я думал, вы волнуетесь, как там Вероника. Пришёл сказать, что все более- менее в порядке.

– Спасибо, – сказала Ася, вставая ему навстречу, и неожиданно оказалась совсем рядом. Её светлые серые глаза насмешливо смотрели на него, и пахла она дождём и свежестью, как Светка, когда он в первый раз её встретил. Сергей хотел было отодвинуться от Аси, но вдруг почувствовал, что сопротивляться больше не может. Ему невыносимо захотелось поцеловать её, и, не выдержав, он наклонился и поцеловал. Ася ответила. Ему стало так хорошо, как было только в молодости.

26.

– Располагайтесь, – сказал Щукарёв, проводив Лиду в большую светлую гостиную, в которой Лидина однокомнатная квартира могла бы уместиться целиком. Она села к столу, он расположился напротив, открыл в телефоне Гугл и, найдя сообщения о пропавшем ребёнке и листовку от волонтёров, убедился в том, что Лида не врёт.

– Значит, Ася кажется вам странной? – спросил он, вновь поднимая на неё глаза.

– Она не кажется. Она странная, – ответила Лида, тщательно подбирая слова. – Я просто не могу решить, хорошо это для меня или плохо.

– Но вы думаете, что она вас использует?

– Да, – ответила Лида. – Но мы, по сути, обе друг друга используем.

Виктор с интересом взглянул на Лиду. Выглядела она хуже, чем вчера: волосы засалились, под глазами залегли тени, синяк на щеке почернел и приобрёл размытую жёлтую кайму. Но при этом что-то изменилось в её взгляде и в манере держаться. Она больше не казалась провинциальной простушкой, в ней откуда-то взялись и ум, и достоинство.

– То есть, вы допускаете, что ваши интересы могут совпадать, несмотря на всё, что она говорит и делает?

– Да, допускаю. В конце концов, кроме неё мне никто не верит. Вы, наверное, тоже.

– Ну, как сказать… Конечно, версия следователя выглядит логичнее, особенно с этой найденной курткой.

– Я же говорю.

Они молча сидели друг напротив друга. Стемнело, в траве за окном кто-то оглушительно стрекотал. Тонкие ладони Лиды лежали на столе, одна на другой. Кожа у неё была совсем бледная.

– Давайте, я напою вас чаем, – неожиданно для себя предложил Щукарёв. – И накормлю чем-нибудь. А то вы выглядите так, как будто месяц ничего не ели.