Грим? Оскара гримёру…

— Сейчас мы всё подлечим, Вирата, — успокаивающе ворковала серовласая Вин Ра, извлекая откуда-то из недр своего наряда узкую стеклянную колбу. — Будет жечь, но недолго. Следы останутся совсем слабые, я думаю, пара солнцестоев и благосклонность Шиару — всё заживёт. Постарайтесь не двигаться.

— Откуда вы знаете имена духов-хранителей? — вопрос прозвучал резче, чем стоило, потому что тревожащая неправильность вдруг обрела способность облечься в слова. Лекарица дёрнулась, едва не выронив свою колбу. — Кто вам сказал? Этого не было в книге, только в черновиках, в запароленной папке. Кто вам называл имена драконов?

Отчего-то сейчас это кажется мне даже более важным, чем то, что ко мне обращаются "Вирата", чем странные имена, более чем странная обстановка и мои изувеченные руки.

— Вирата Крейне, успокойтесь, прошу вас, для вашего же блага… — холодная жидкость выплеснулась мне на кожу, и я взвыла, ощущая нестерпимый обжигающий жар в предплечьях и новый виток тошноты. Хрупкая на вид женщина, как оказалось, обладала поистине стальной хваткой и реакцией дикой кошки: она тут же прижала мои ладони к камню, одновременно придавив коленом бёдра. Однако голос её продолжал оставаться тихим, извиняющимся и успокаивающим:

— Потерпите немного, ещё шаг и станет легче!

— Воды!

— Вирата, воды нет, сейчас ранний солнцестой, вода будет только к вечеру.

— Что это такое?!

— Яд рогатой випиры, обработанный магом-лекарем, Вирата. Я прошу прощения за приченённые неудобства, но яды проще впитывают магию, так что…

— Вирата — обращение к коронованной особе, — прохрипела я. Казалось, яд проник сквозь кровавые порезы в кровь, разнёсся по телу, проник в каждую клетку, в сердце, в мозг, сковал лёгкие, не давая дышать. Я цеплялась за несостыковки просто для того, чтобы думать хотя бы о чём-то ещё, кроме опаляющей тело боли.

— Совершенно верно, Вирата Крейне.

Имя было смутно знакомым.

— Вират Тельман, — боль резко усилилась и внезапно схлынула, оставляя меня обессиленной, почти ничего не соображающей.

— Вират Тельман ваш законный супруг, Вирата Крейне, — лекарица понизила голос почти до шёпота, в темноте, подкрадывающейся к глазам, я цеплялась за него, продолжая слушать и отвечать, чтобы не потерять сознание. — И вам необходимо срочно поправиться и никому не говорить о том, что вы сделали, потому что Вират Тельман требует вас к себе. Требует вас обратно. Для вашего же блага лучше утаить шаг этой слабости от Его Величества…

— Куда требует?

— Во дворец, конечно. Сейчас во дворе Радужного поместья стоит королевский отряд во главе с одним из стражей короны. Ждут вас.

Дурнота отступила окончательно, чего нельзя было сказать о слабости. Вин Ра выпустила мои дрожащие и всё еще горячие руки, и я уставилась на почти чистую кожу. Воспалённые припухлости вокруг бордовых рубцов пропали, как, собственно, и сами рубцы, остались только белёсые, едва заметные следы, словно порезы были нанесены несколько лет назад. Если не приглядываться, то незаметно. Я провела по ним пальцем. Никакого грима. Вот так фокус.

— Кто это сделал?

— Это сделали вы сами, Вирата. Разбили один из светильников, и… Вы потеряли много крови. Вам нужно беречь себя, сейчас вашей жизни ничего не угрожает, но яд рогатой випиры — слишком радикальный метод лечения. К сожалению, у нас мало времени.

В дверь постучали, настойчиво, хотя и тихо, и лекарица соскользнула с кровати.

— Платье для Вираты Крейне Криофарской! — произнёс за дверью уже знакомый голос молодой, скептически настроенной девицы Си Ан, который я слышала сразу после того, как проснулась.

Крейне, Крейне… Ну, конечно! Её имя выпало из памяти, но я вспомнила. Сосланная в одно из заброшенных, но ещё не разграбленных поместьев Радужного района Криафара нелюбимая жена вздорного правителя придуманного мною каменного мира.

Почему я — это она?..

Нелюбимая, ненужная. Эпизодическая роль. А ведь Крейне должна была тихо и незаметно умереть перед отбором невест, однако вместо этого — пришла в себя. Этой сцены даже в плане не было и быть не могло. Я рефлекторно погладила шрамы на внутренней стороне рук. Снова поглубже запахнула халат на груди, посмотрела на почтительно склонившую голову женщину, стоящую изваянием у каменной кровати и, откашлявшись, произнесла, немного повысив голос:

— Входите.

Глава 18. Криафар

Девушка, светловолосая, юная и свежая, несмотря на худобу и тёмную обветренную кожу лица, почтительно протягивает мне нечто струящееся и белое. Смиренное выражение на лице не скрывает сочащуюся из-под опущенных ресниц хитринку: я успеваю заметить быстрый острый взгляд, брошенный на мои руки.

Если это игра, то игра высшего уровня для такой проходной эпизодической роли.

— Как тебя зовут?

Если она и удивилась, то виду не подала. Пробормотала, так и стоя с платьем в протянутых руках, не поднимая глаз: