— Настало время страшных историй, — зомби пытается напугать вампиршу, но выходит не очень.

— Я одна жила в мрачном замке, полным жутких вещей. Ты меня не сможешь напугать, — зевает Фигаэль.

— А как насчет того, что надкусываешь тыквенный пирог, а внутри мясной паштет с кровью?

— О, нет, только не это. Меня сразу вывернет из-за вегетарианства, — похоже, такой вариант развития событий Фигаэль все же напугал.

— Я знаю по-настоящему страшную историю, — говорит Серафина. — О погибшем некроманте и его отрубленной руке, которая преследует цель, пока не догонит.

— И в чем суть? — теперь даже Трогу стало интересно.

— Его отрубленная рука будет жить своей жизнью, пока не нагонит того, кто по мнению мертвеца послужил причиной краха. Она будет медленно ползти за тобой хоть целую вечность.

— А когда догонит, то… — интересуется Ашот.

— Выпрыгнет из-за угла и задушит. Ходит слух, что избавиться от этой руки очень сложно, даже жрецы не всегда могут это сделать.

— Гораздо страшнее будет, если ты будешь спать, а мертвая рука заползет тебе в спальник, — Фигаэль аж передернуло от представления этого.

— Ну, не самая страшная история, — дает свое экспертное мнение Трог и первым засыпает. Скоро и остальная команда принимается за активный ночной отдых в положении лежа, а Ашот как обычно остался на страже их покоя. Все равно отрубиться без алкогольной интоксикации не сможет.

В середине ночи облака ушли, открыв звездное небо и темную вершину горы. Ашот напрягает зрение и замечает какой-то огонек там, где должна быть раздвоенная скала.

«Может, там тоже кто-то костер развел? Или магией балуется», — по мнению зомби будет круто, если они завтра туда поднимутся и встретят Ведьму Западных Полей. Хотя Ашот не может придумать, что ведьма будет делать среди снегов и холода. По его мнению ведьмы обычно сидят в хижинах на болотах и мухоморы жрут.

«Нет, мухоморы жрут берсерки. А ведьмы завлекают маленьких детей и откармливают их сверх меры. Нет, это делают бабушки, а ведьмы вдобавок потом детей едят», — Ашот сам удивился, как хорошо работает голова на холоде.

«Возможно, тем самым останавливаются процессы гниения», — думает зомби, а потом вспоминает предположение волшебника. Все же он труп от макушки и до пяток, хоть и живой труп. Возможно, однажды гниение все же станет настолько скверным, что Ашот утратит возможность говорить и думать. Говорить и думать об этом сейчас совсем не хочется. Остается лишь положиться на ведьму, которая потенциально может вернуть его к нормальной жизни.

Скоро в ночи появились и другие странности вроде скачущих по небу всадников или сразу двух лун вместо одной. Но раз уж это Странные Земли, то и удивляться нечего.

Наутро авантюристы быстро собираются и выдвигаются в сторону горы. Действительно быстро на глаза попадается тропа, словно на гору постоянно кто-то всходит. Впереди решено было поставить Трога, так как он движется медленнее всех, а лошадей было решено не брать с собой на восхождение, так как на них все равно не получится ехать. Их спрятали в одной роще рядом с горой с твердым обещанием вернуться, когда миссия окажется выполненной.

— Сегодня она не свистит, — замечает Фигаэль, имея в виду гору. И правда, раздражающего вчера свиста сегодня нет. Возможно, на вершине просто погода не ветренная.

Постепенно ровная поверхность становится всё дальше, а воздух — холоднее. Хорошо, что у них есть теплые вещи, которые позволят не замерзнуть окончательно. И к концу дня они поняли, что вот так просто подняться на гору у них не получится, так что было решено разбить временный лагерь рядом с горной тропой. Ашот мог бы шагать и дальше, но Трог и Серафина сильно устали и проголодались.

— У меня ощущение, что за нами следят, — бурчит Фигаэль.

— Все истории, которые начинались с этих слов, были связаны с таинственными исчезновениями, — смеется Ашот.

— Ну тебя.

Стемнело довольно быстро, а костер развести не из чего, так как деревья остались далеко внизу. Однако Трог, чтобы не околеть, смог поджечь какой-то тростник при помощи огненной магии.

— Гори-гори ясно, чтобы не погасло, — бормочет волшебник, концентрируясь на магии, раз уж пить ему точно сейчас не позволят. Алкоголь плохо сочетается с альпинизмом.

— Странное у тебя заклинание, — говорит Ашот. — Надеюсь, огненный дождь не вызовешь.

— За нами определенно кто-то следит, — Фигаэль не может успокоиться, смотря во все стороны. Однако на горе не так-то просто спрятаться, Ашот никого не может заметить.

— Не волнуйся, я все равно не буду спать, — снова успокаивает зомби.

В скором времени группа засыпает, оставив Ашота сторожить небольшой лагерь на склоне горы. От холода голова действительно думает невероятно хорошо, но потом почему-то становится настолько тяжелой, что глаза сами закрываются.