Ну так, по легенде же я молодой рекрут, должен от страха сейчас же подскочить и понестись.

— Да у меня план ещё не готов, — вздохнул я, — Понимаешь?

— Какой план? — удивлённо спросил лис.

В это время я смотрел за его спину. Один из Стражей Душ, которому явно надоело ждать, решил перейти улицу поближе.

Вот, одевая перчатки, он пропустил мимо небольшой конный экипаж. И направился к нам, глядя чуть в сторону, будто бы совсем не интересуется происходящим. Его бронзовая кокарда на фуражке слабо поблёскивала под затянутым облаками небом.

Да уж, магия мысли имеет одну нехорошую черту — конспирации ну никакой совершенно. В нашей, земной агентурной разведке такие бы специалисты не продержались и дня.

— Э, ты… Рядовой! — рыкнул на меня полицейский, заметив приближение Стража Душ, — Давай быстро… это… приказ свой выполнять!

Я улыбнулся ему, потом поднял глаза чуть выше, чтобы встретиться взглядом с оракулом. Ну же, давай, допусти ошибку.

Тот тоже оскалился, его зрачки весело блеснули. Повеяло псионикой… и мой кокон с готовностью подёрнулся, потянулся навстречу. Ну, поехали!

***

На тротуаре напротив стояли полицейский и солдат с ящиком в руках. Лис явно нервничал, а служивый в мешковатой форме, с закатанными рукавами, смотрел на меня и ехидно улыбался.

— Не дрейфить, — отсалютовал я ему.

Тело, в котором я оказался, было подкачанным и упругим — оракул явно не чурался физических тренировок. И это хорошо…

Сознание Стража Душ, что удивительно, находилось совсем рядом в голове, но от него веяло ужасом и страхом. Кажется, он подумал, что его задело блуждающим Пульсаром. Ну ничего, значит, у меня будет побольше времени, пока он оклемается.

Я сунул руку в карман, нащупал пистолет, вытащил.

— Эй, пёс толчковый! — крикнул я, привлекая внимание полицейского, который всё грозил Василию дубиной.

Тот обернулся. Мокрый от пота лоб, круглые от испуга глаза… Ох и боятся же они Стражей Душ после такой долгой свободы, которую дарил Межедару проклятый Вертун.

Лишнего греха я брать на душу не хотел, поэтому спустил курок лису в ногу. Целители подлатают, в этом мире с этим всё довольно просто.

Полицейский заорал, свалившись и схватившись за ботинок. Я же сразу развернулся, нашёл взглядом второго Стража Душ на другой стороне улицы.

Тот уже выхватил пистолет, но смотрел не на меня, а на бедолагу, которого я подстрелил. Явно подумал, что это его напарник заметил что-то подозрительное… Ну и хорошо, заговорщиков мне жалеть совершенно не хотелось.

Страж Душ всё-таки что-то почуял и в последний момент успел присесть. Грохнул пистолет в моих руках, за спиной оракула осыпалась стеклянная витрина.

Вокруг уже кричали люди, проносились тени испуганных прохожих. Где-то всхрапнула лошадь, на неё прикрикнул возничий.

Страж Душ уже выстрелил мне в ответ, я на автомате ушёл в сторону, перекувыркнулся, вскочил на колено. Рука по привычке скользнула за патроном, зарядила… Стреляю, но тот везунчик уже нырнул в закоулок — пуля попала в край вывески, на которую оракулы до этого глазели.

Да уж, с меткостью что-то у меня не айс.

Разум хозяина так и находился в прострации, даже не желая бороться с Иным, захватившим его тело… Я встал, развернулся, на ходу заряжая ещё патрон, и приготовился выстрелить уже в себя.

— Не понял, — я растерянно посмотрел на плачущего полицейского, баюкающего свою ногу на тротуаре.

Как хорошо, что я сначала повернулся. Рядом с раненым лисом валялся только ящик, с чуть отколотой крышкой — из щели высыпался ржавый «порошок счастья», разлетевшись от удара длинными лучами по брусчатке.

Ну, а где Вася-то?!

На одном из лучей было видно чёткие следы сапог, которые ржавыми пятнами на камнях удалялись прочь по улице… Я поднял взгляд и успел заметить вдалеке скачущую спину в мешковатой военной форме прежде, чем над моей головой просвистела пуля.

Раздался ещё выстрел, чуть не сорвав с меня фуражку. Кажется, только что Тим Зайцев чуть не прекратил свою учебную иллюзию…

Присев, я кувырком перекатился ближе к раненому, чтобы хоть как-то прикрыться, и понял, что весь измазался в проклятом порошке.

С другой стороны улицы возле припаркованной полицейской кареты стояли ещё два лиса и перезаряжали магострелы.

Но я уже смотрел не на них, а, чуть не свернув шею, таращился на удирающего по улице Василия. Тот лавировал между жмущихся к зданиям и заборчикам прохожих, грубо сбивая некоторых с ног.