Однако если дело дойдет до перестрелки, у нас имелся телекинез. Это единственное оружие дальнего действия, которое у нас осталось.

Я всё ещё слушала далёкие звуки падающей воды, пытаясь определить расстояние до места, где она разбивалась о камни и падала в какой-то глубокий водоём, и тут я с плеском ступила в жидкость, доходившую мне до лодыжки.

Я крепче сжала руку Ревика, когда он отдёрнул меня от края.

Стоя на краю или берегу этой длинной затопленной зоны, я внезапно осознала, что здесь сильное эхо.

— Бл*дь, — пробормотал Ревик рядом со мной.

Через его свет я видела, что пространство сделалось открытым.

Мы стояли уже не в туннеле, а в какой-то подземной пещере.

Каменный потолок тянулся высоко над нашими головами. Я стояла уже не посередине узкого туннеля; я стояла на берегу того, что ощущалось и выглядело как подземное озеро. Свет Ревика отскакивал от краёв этой пещеры и воды как звуковой сигнал, рисуя в моём сознании такую живую картину, что я резко втянула воздух, изумленно осматривая это заполненное светом пространство.

Мои глаза, конечно, рассказывали иную историю.

Я ни черта не видела в темноте, но через Ревика чувствовала сами объёмы воды и слышала, что вдалеке вода врезается в другую воду, и звук эхом отражается от каменных стен.

Через свет Ревика я видела массивный водопад на другом конце того озера, намного крупнее всех тех, что мы видели до сих пор. Свет Ревика отследил источник водопада и нашел его на несколько уровней выше нас.

Озеро было глубоким. Небольшие накатывающие волны касались каменного берега, буквально лёгким поцелуем.

Я также чувствовала подземную реку, вытекавшую отсюда с другой стороны пещеры и уходившую на более низкий уровень под нами, что было логично, учитывая количество воды, лившейся с верхних уровней.

Я не чувствовала никаких троп или сухих туннелей, выходивших из пещеры, не считая того, через который мы пришли.

Внимание Ревика переключилось на Балидора.

— Насколько мы далеки? — спросил он. — От горячей точки?

Балидор вздохнул, мягко прищёлкнув языком.

— Я не знаю, брат. Мы же лишились карт.

— Но ты ведь считал, да? От места, где мы сверились с ними в последний раз.

Я почувствовала, как Балидор признал его вопрос волнообразным жестом.

— Мы должны быть близки, если верить тому, что я видел на наладонниках до того, как мы их лишились.

— Насколько близки? — спросила я, повернувшись в темноте.

— Близки, — сказал Балидор. — Осталось примерно 220–270 метров, если я правильно вёл подсчёт. И если я правильно учёл изменения направления при поворотах и изгибах туннеля.

Я знала, что он наверняка подсчитал правильно. И направления он тоже верно учёл.

Это означало, что дверь находилась где-то в этой пещере.

Учитывая названные им расстояния, скорее всего, она находилась на другой стороне пещеры. До водопада, похоже, как раз было около 180 метров.

— Больше, — сказал стоявший рядом Ревик. — Около двухсот, я бы сказал.

Все мы просто стояли там и смотрели по сторонам с помощью своего aleimi– света, не имея возможности увидеть что-то глазами, чёрт возьми.

— Может ли она быть внутри озера? — спросил Холо с сомнением.

Все мы задумались о возможных последствиях такого варианта. Я нахмурилась, чувствуя запах воды вокруг меня, думая о необходимости нырять в это озеро в темноте и пытаться отыскать некую штуку, в наличии которой мы не были уверены и вообще не знали, где она и как она выглядит.

Мы даже не знали, есть ли в озере нечто живое.

— Вода, вода, падает на камни, — бормотал Фигран. — Тёмная вода. Тёмная вода, света нет. Завеса дождя. Плюх-плюх. Плюх-плюх…

— Водопад, — пробормотала Касс. — Он имеет в виду водопад.

Молчание сгустилось.

Мы все смотрели на водопад своим светом. Я использовала верхние структуры своего aleimi и нижние структуры Ревика, чтобы посмотреть вместе со всеми.

Я чувствовала там что-то. Это было слабым, но определенно присутствовало там.

Балидор первым нарушил молчание.

— Это не крыса, — буркнул он, прищёлкнув языком себе под нос.

— Это человек? — спросила Далай.