– Понятия не имею, о чем вы…

– Бетти, перестаньте врать. Я просто хочу узнать, кто ваш сообщник в доме, чтобы при случае этим воспользоваться.

Официантка принесла его гамбургер, бросила чек на столик и снова удалилась.

– У меня нет никакого сообщника, – убеждала его Тильда, пока он со скоростью света вгрызался в гамбургер. – Я заходила днем и сама отпустила «собачку».

Он молча поглядел на нее поверх очков, и она замолчала.

– Примите совет, – с откровенной угрозой процедил он. – Не стоит мне лгать. Пустая трата вашего времени и моего терпения.

– О, ради Бога, – небрежно отмахнулась Тильда, очевидно, нимало не испугавшись.

Он кивнул и снова принялся за гамбургер.

– Черт, никогда не мог разыгрывать крутого парня, – откровенно признался он, проглотив очередной кусок. – Что очень странно, потому что вообще-то я могу быть настоящим подонком.

Он улыбнулся, но Тильда заметила, что глаза его сверкнули злобой, и почувствовала, как у нее резко перехватило горло.

– Хотите испытать удачу? – поинтересовался он.

– Нет. Ладно, скажу вам правду. Кое-кто действительно мне помог, но этот человек не работает в доме. Мне кажется, там вообще нет слуг. Думаю, там никто не живет, кроме Мейсона Фиппса и Клеа Льюис, но дом почти никогда не остается пустым.

Мужчина развалился на стуле и принялся рассматривать ее с тем выражением лица, которое могло бы сойти за одобрение.

– Поэтому вы устроили званый ужин. Не так уж глупо.

– Спасибо, – кивнула Тильда, постучав по полу носком туфли. – Ну, могу я теперь идти?

– Нет, – покачал он головой, так и не убрав ногу. – Значит, Клеа купила у вас картину. Почему?

– Откуда мне знать? Наверное, она ей понравилась.

– А почему вы так старались заполучить ее обратно?

– Нет, – вырвалось у Тильды. – Это вам не поможет.

– А мне почему-то кажется, что очень даже поможет. – Он отодвинул пустую тарелку, и Тильда удивленно моргнула. Должно быть, он голодал несколько суток, если вот так, одним махом, втянул в себя огромный гамбургер. – А теперь давайте все с самого начала.

– Лучше не надо. – Тильда выпрямилась. – Послушайте, я понимаю, что вы прижали меня к стенке, но я совершенно никак не связана с Клеа Льюис. В жизни ее не видела, и мне нечего сказать. Так что, если вам этого недостаточно, валяйте, сдайте меня полиции.

– Бетти, я не из тех людей, которые кого-то сдают полиции, – печально вздохнул он, но тут же осекся, словно вспомнив что-то. – Вернее, не из тех людей, которые сдают кого-то вроде тебя. – Он поднял чашку с кофе и улыбнулся ей.

– Спасибо, – поблагодарила Тильда, игнорируя слабый толчок сердца. – Вы истинный джентльмен. Уберите ногу, пожалуйста.

Не сводя с нее глаз, он отхлебнул кофе.

– Вы не воровка. Вы предпочтете умереть с голоду, нежели таким способом заработать себе на жизнь, а вы к тому же явно не голодаете.

– Эй! – возмутилась Тильда.

– Это не оскорбление. Просто наблюдение, сделанное во время падения на ковер. – Он снял ногу со скамьи и выбрался из кабинки, предварительно криво нахлобучив бейсболку ей на голову. – Ладно, но учтите, разговор не закончен. – Извлек из-под стола рюкзак и бросил на ходу: – Оставайтесь здесь, Бетти. Вернусь, и все начнем сначала.

«Ну уж нет!» – решила для себя Тильда.

Проследив, как он идет к туалету – сгорбившийся, ничем не примечательный, – она поправила бейсболку, крепко зажала картину под мышкой и рванула к двери, но была перехвачена официанткой:

– Минутку, мисс. Кто платит за гамбургер?

– Он, – бросила Тильда.

– Он ушел, – сообщила официантка, загородив дорогу. – Выбрался черным ходом.

– Сукин сын! – взорвалась Тильда. – Он меня продинамил?

– Все мужчины таковы, – посочувствовала официантка. – Девять восемьдесят семь вместе с кофе.

– Вот жлоб.

Тильда порылась в сумочке, мысленно ругая себя последними словами. А ведь она ощутила к подонку даже некоторую теплоту, что яснее ясного показало, как она жалка. Ничего, зато теперь он навсегда убрался из ее жизни, а это уже неплохо.

Кроме того, Скарлет снова у нее! При этой мысли Тильду слегка затошнило, но ведь так чудесно, что все уладилось! Правда чудесно!

– Спасибо, – бросила она официантке и ринулась к двери, радуясь чудесному избавлению.

Дэви стоял на противоположной стороне улицы, прячась в тени большого здания.

«Прости меня, Бетти», – мысленно извинился он, увидев, что девушка попала в лапы официантки. Сейчас она внимательно оглядывала улицу, очевидно, опасаясь увидеть его, поэтому Дэви старался не шевелиться.