Шрифт:
– Ремни пристегните, – велел мистер Виммер, успевший надеть нечто похожее на лётный шлем. – Разберетесь?
– Я помогу, – эхом отозвался с заднего сиденья Антек.
Пока разбирались, клементиец возился с пультом. Я даже не пытался за ним следить, слишком все сложно. Штурвал – еще понятно, а вот экран? Уже светится, причем в самом центре- что-то похожее на синюю звездочку. Оставалось надеяться, что инопланетянин ничего не перепутает, а то окажемся прямо в центре Земли, а там, говорят, жарко.
Я вновь взглянул на скальный срез. Ох, не хочется!
– Готовы? – поинтересовался пилот-водитель. – Вначале будет трясти.
«Не надо!» – чуть было не возопил я, но вовремя прикусил язык. Фогель попыталась улыбнуться и внезапно взяла меня за руку. Оставалось одно – держать марку, и я представил себе прерии и толпу индейцев. Только что я пристрелил вождя, но, как говорят мудрые люди, это еще не конец. А вот когда патроны кончатся.
Мотор загудел, отрезая все пути назад. Индейцы подняли томагавки. Эх!
Глаза голубые закрылись, Проститься была не судьба, О Джеке она помолилась, Его перед смертью звала.У меня глаза не голубые, но я еле сдержался, чтобы не зажмуриться. Нельзя, Фогель может заметить! Мотор уже шумел вовсю, и я предвкушал грядущую тряску – если, конечно, о скалу не расшибемся.
Под солнцем безжизненных прерий, Где так голубы небеса, Я жду тебя вечно, мой милый, И буду с тобой до конца.И вдруг все пропало. Вместо скалы – ржавый туман, словно мы попали в пыльную бурю. Аппарат тряхнуло, но не слишком сильно, я поначалу даже внимания не обратил. Синяя звездочка на экране дрогнула, поползла вверх.
Едем? Едем! И живы, что совсем хорошо.
– Надо будет попросить профессора Бенара, – задумчиво проговорила Фогель. – Если в самом деле можно увидеть космос.
Я чуть не подавился. О чем она думает? Вокруг непонятно что, сквозь которое мы скользим непонятно как.
– Не попросить, а тряхнуть как следует. Взглянуть, конечно, стоит, когда еще шанс выпадет?
Надеюсь, мой голос звучал достаточно бодро, хоть думал я совсем о другом. Что за окнами неважно, не раздавило и хорошо. Я следил за синей звездочкой на экране. Выбор невелик – или это цель нашего путешествия, либо мы сами, аппарат UGB-3 и его храбрый экипаж. Скорее второе, цель бы не двигалась, а приближалась, звездочка же постоянно ерзала по экрану, то вверх, то влево, то снова вверх, а потом вправо, вероятно, для симметрии. Догадка пришла быстро, и она мне совсем не понравилась. Хитрый марсианин проложил такой же хитрый маршрут, не прямой, а большим зигзагом. Кто вообще сказал, что «кладка» не возле станции? Он и сказал, мистер Виммер. Может, хранилище прямо за стеной, а мы его объезжаем пятой дорогой. Даже если я засек время и слежу за скоростью (интересно, как?) результат все равно ничего не даст.
Вслух я, понятно, ничего не сказал. В данном раскладе все козыри у клементийца.
Между тем ржавый туман за окнами поменял цвет, теперь мы скользили сквозь серую пелену. Стало заметно теплее, и я расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Синяя звездочка теперь вела себя правильно, двигаясь строго вверх.
– Мы так ничего не увидим, – внезапно проговорил мистер Виммер. – Хотите остановимся?
Я чуть не заорал «Нет!», но Фогель опередила.
– Конечно! А что мы должны увидеть?
Клементиец поколдовал над пультом, и серый туман за стеклами начал темнеть.
– То, что видят геологи, госпожа Фогель. Аппарат создан для поиска полезных ископаемых. Сейчас поймете.
Сумрак сменился кромешной тьмой. Двигатели работали еле слышно, зато трясти стало заметно сильнее. Внезапно все стихло, и мы оказались среди угольной черноты.
– Это мы видим глазами, – невозмутимо прокомментировал мистер Виммер. – А теперь.
Он нажал какую-то кнопку, и я невольно ахнул. Уголь сменился россыпью самоцветов, их было очень много, некоторые сами по себе, иные целыми гроздьями и созвездиями. А за ними неровными слоями светилась ожившая твердь, похожая на разрезанный праздничный торт. Бурое, синее, оранжевое, темно-красное. И не сосчитать!
– Здесь тоже космос, дамы и господа. Неужели это менее интересно, чем ваши бомбы?
– Бомбы сюда привезли вы! – отрезал Антек, странный парень, всю дорогу молчавший. – Почему не показали нам это сразу? Нам, землянам?
Клементиец не спеши с ответом. Наконец, резко выдохнул.
– Хотели! Многие хотели, в том числе и я. Но потом поняли, что вам нужна не красота, а бомба, чтобы ее взорвать. Разве мы ошибались?
Станция, куда мы прибыли, мало чем отличалась от уже виденной, разве что свод чуть ниже, а вместо среза скалы – обычная стена в облицовке. Когда аппарат остановился, мистер Виммер выключил свет в салоне, сдернул шлем с головы.