— Все нормально, — сухо отзывается Алексей. — Созвонимся.

От вида его поджатых губ угрызения совести моментально как рукой снимает. Либо психани уже и выскажи все, что не устраивает, либо уж держи лицо как следует. А вот этот недовольный полуфабрикат не нужно мне на прощанье демонстрировать. Я в конце концов на шею никому не вешаюсь с просьбой меня не бросать. Сам же принял такие условия: детей всегда пропускать вперед.

Но чтобы не заканчивать вечер на паршивой ноте, решаю быть выше раздражения и, поднявшись на цыпочках, чмокаю Алексея в щеку.

— Не обижайся, ладно? На следующей неделе наверстаем.

Сдержанно кивнув, он берется за дверную ручку, но выйти не успевает. Потому что в дверь раздается звонок.

7

Я застываю как олениха, которую по коварному стечению обстоятельств ослепило светом фар при попытке перебежать дорогу. Время еще девяти нет. Чего Роберт с Полинкой так рано вернулись? Или это не они, а заплутавший курьер из доставки?

— Откроешь? — неживым голосом осведомляется Алексей.

На секунду у меня мелькает дурацкая мысль затолкать его в шкаф. Но не для того, чтобы спрятать, а чтобы глупых вопросов не задавал.

Оттеснив его в сторону, я щелкаю замком. На пороге, как и ожидалось, стоят Роберт и сияющая Полина в до неприличия огромной короне на голове. В одной руке у нее ведерко с попкорном, в другой — плюшевый медведь с носом, по странности расположенным между глаз.

— Мам, смотри, что мне Роберт выиграл! — без прелюдии верещит она, впихивая его мне в руку. — Он все мячи в корзину попал, и потом какая-то тетя попросила у него автограф.

Я же говорю, что мужчина с дочкой — это как пресс Криса Хэмсворта: не оставляет равнодушным никого.

— Классная футболка, Рада, — довольно скалится Роберт, красноречиво уставившись в прилично натянутую надпись. Помимо того, что Римма выбрала откровенно паршивый подарок, она еще и с размером промахнулась.

И до того, как я успеваю осадить его взглядом, запускает руку в карман и выдергивает оттуда здоровенную упаковку мармеладных червей.

— Мы принесли взятку. Пустишь?

— Только сначала меня не забудь выпустить, — эффектно подает голос Алексей, решивший, что пора перестать томиться за дверью.

Все, что мне остается — это широко и по-идиотски улыбаться тому, как брови Роберта дергаются в удивлении и как выразительно закатывает глаза Полина. Этой бесполезной привычке она у меня научилась.

— Роберт, это Алексей, моя друг, — с фальшивой бодростью в голосе тараторю я. — Алексей, это Роберт, отец моей дочери. Я тебе про него говорила, помнишь? С Полиной вы уже знакомы.

Ну как уж знакомы. Виделись пару раз и то, скорее, по случайности. Не то, чтобы я хотела его спрятать, но и знакомить с дочерью не горела желанием. Ей пока и одного гостевого папы хватает.

Роберт находится первым и вытягивает вперед руку. Алексей после короткой заминки ее пожимает. Я же, глядя на них, вдруг испытываю странное удовлетворение оттого, что внешне ни один из них другу другу не уступает. И пусть мозгов за эти годы не сильно-то и прибыло, но хороший вкус по-прежнему остается со мной.

Секунды сменяют одна другую, а они никак не перестанут здороваться. Я обеспокоено поглядываю на их сцепленные ладони. Да ладно? Вены друг другу пережать решили?

— Приятно познакомиться, Алексей, — с улыбкой говорит Роберт, наконец отступая назад. — А попроще как-то можно называть?

Я со вздохом закатываю глаза. Серьезно? Хочет поискать производные от имени «Алексей»? Леха и Леша. Ни тем, ни другим Алексей вряд ли позволит себя называть.

— Алеша, — подсказывает Полина, плотоядно оскалив зубки.

— Точно. Какая ты сообразительная, зайчонок. — Ласково потрепав ее по плечу, Роберт стреляет смеющимся взглядом в меня. — И ведь не поспоришь.

— Предпочитаю полным именем, — сухо бросает Алексей и, развернувшись, гладит ладонью мою щеку. — Я пойду. Созвонимся, малыш.

— Созвонимся, — натянуто улыбаюсь я. Не люблю я эти детские прозвища, и он кстати об этом прекрасно знает.

Дверь за Алексеем захлопывается, оставляя меня наедине с тандемом заговорщиков. Вставив руки в бока, я сверлю Роберт взглядом, гневно транслируя: Ну и что ты тут устроил?

— Вернемся к взятке, — будто не заметив моего предупреждения, весело произносит он. — Чаем-то угостишь или Алеша все выпил?

8

— Черного чая у меня нет. Остался только полезный.