Меня сковало ощущение всепоглощающей тоски.

На следующий день.

Всю ночь я лежал, глядя в потолок. Я не мог заснуть на физиологическом уровне.

Много раз я прерывал своё бездействие, вставал, запускал игру и начинал играть.

Обычную игру, даже не рейтинг. И проиграл каждую.

Не понимаю. Не могу осознать, что случилось. Но я больше не могу играть. Что-то внутри меня умерло. Сломалось. А после обратилось в прах, который развеяло по ветру. Это что-то было очень важным. Оно было частью моей личности. Частью меня. Моим смыслом жизни.

А теперь его больше нет.

Утром пришли парни. Я не хотел выходить и смотреть им в глаза. Но они всё равно вошли. К моему удивлению, они не были расстроены или раздосадованы. Они пытались меня поддержать и утешить. Ведь мы всё равно получили огромные призовые и заняли весьма солидное второе место.

Но их попытки по сути ещё больше разбивали мне сердце. Они заслужили большего. И могли бы это получить. А я всё испортил.

Раньше я бы, наверное, заплакал. Но лёд, возникший в душе в момент излома, будто заморозил слёзы в моих глазах.

Я просто сидел и смотрел на ребят пустым взглядом.

Поняв, что я нахожусь в прострации, они решили оставить меня в покое.

Я же собрал волю в кулак и написал менеджеру, чтобы разделили мою часть призового между парнями. Тот попытался спорить, но я был непреклонен.

Неделю спустя.

Я так и не смог сыграть ни одного успешного матча. Меня начали одолевать мысли о том, что возможно это что-то физиологическое. Пошел в лучшую больницу столицы. Прямо так и заявил, что в моей голове что-то сломалось. Что удивительно, никто даже не смеялся. Доктор назначил комплексные анализы и даже собрал консилиум. Но врачи не нашли никаких отклонений. Даже когда я добавил, что перестал чувствовать удовольствие от жизни и почти перестал ощущать сильные эмоции.

Но нет. По итогу я абсолютно здоров. Даже здоровее среднего.

Просто потерял единственное, что умел делать хорошо. А вместе с тем и смысл жизни.

В ответ же: «Хорошо спите, хорошо питайтесь, избегайте стресса. Со временем это пройдёт.»

Месяц спустя.

Я честно выполнял предписания. Я делал всё, что мне советовали.

Это было тяжело, поскольку с каждым днем апатия накатывала на меня всё больше.

Но у меня была цель. Вернуться в форму. Я ел здоровую еду, которая на вкус ощущалась так же как и фастфуд, как грязь. Я просыпался по будильнику и ложился в рекомендованное время. Выходил на прогулки и делал упражнения.

По итогу же оказалось, что всё это хрень собачья. Ничего не изменилось.

Снова пошел к врачу. Снова анализы, снова консилиум.

Подозрения на депрессию. Назначили антидепрессанты.

Три месяца спустя.

Как я и думал. Ничего не меняется.

Начал пить таблетки. За два месяца эффекта не было никакого. Даже минимального.

Снова пошёл к врачам. Печально развели руками и сказали, мол «вы полностью здоровы с органической точки зрения, походите к психологу».

Только вот уже понятно, что бы там не говорили врачи, я по сути ментальный инвалид. И это не лечится.

У меня был один талант и тот пропал. Как это ещё назвать?

К психологу я, конечно, походил, но вскоре понял, что это пустая бессмысленная болтовня с попытками докопаться до того, чего нет. Поэтому и на это я забил.

Стало уже как-то и наплевать. Цели больше нет. Незачем и париться.

Снял квартирку, где меня никто из знакомых не найдёт.

Попросил сестру не трогать меня под предлогом необходимости побыть одному.

И попытался жить дальше хоть как-то.

Пол года спустя. Настоящий момент.

Вот как-то так, да. Жить дальше, правда, не получилось. Получилось существовать.

Я превратился в чёртов мясной механизм, который продолжает функционировать по инерции. Потому что так надо.

Теперь ещё и это. Магический бред, который я до конца не могу осознать. Сошёл ли я с ума или этот мир вдруг оказался ещё хуже, чем я думал? Даже не знаю, как это определить.

Наконец, столичные пробки кончились, я выехал за город на одну из не основных трасс, где ехалось куда свободнее. Вскоре поток вообще кончился и я остался один-одинёшенек. Оно и понятно, ночь на дворе, да ещё и побочная трасса.

Надо, кстати, позвонить Виктору, может пояснит чего. Куда его там понесло и как скоро он будет. Я полез копаться в сумке, чтобы найти телефон, краем глаза глядя на дорогу. А потом понял, что его я оставил дома по указанию Виктора. Так что увидимся мы только на месте.

Я бросил взгляд в зеркало заднего вида и очередной раз обратил внимание, что рожа у меня прямо такие пренеприятнейшая. Ещё и эта всклокоченная бородёнка, да спутанные патлы. Странно, что никто из тех, с кем я общался на улицах, полицию не вызвал. Ну вылитый же бомж-алкаш.