Шрифт:
К утру церемония была закончена.
В тот же день Белый Дух пришла в сознание и даже попыталась подняться на ноги, а через две недели благополучно произвела на свет сына, которого Неподвижная Вода сразу понесла купать в реке.
Крапчатый Ястреб не мог сдержать своей радости:
– У меня родился сын! Белый Дух принесла мне сына! Это прекрасный знак свыше! Я отправляюсь в поход и обещаю всех захваченных лошадей отдать моему воинскому обществу!
Тактика упреждающих молний
– Карл!
Герда любила повторять его имя, когда Рейтер входил в неё.
– Карл!
В звуке его имени ей слышалось нечто древнее, величественное, загадочное. Ей нравилось, когда свет был приглушён, это придавало соитию особое очарование. Пожалуй, ни с кем ей не приходилось испытывать такого сладостного замутнения сознания во время секса, как с Рейтером. Он наполнял её незнакомыми чувствами, которым она не могла дать определения. Это приводило Герду в восторг. По своей природе она была человеком простым, прямолинейным, склонность к романтизму не была ей знакома, поэтому она легко справлялась с любым поручением, всё делала с «холодной головой». Но Карл Рейтер пробуждал в ней что-то особенное, что-то неведомое, глубинное. И виной тому были не только его мужская сила, мускулистое тело, могучий член, заставлявший Герду по-животному трепетать. Нет, причина крылась в чём-то другом.
И это другое отрывало Герду от привычного мира и уносило в неведомые ей дали.
Вот и сейчас ей казалось, что к ней прижимался не Карл Рейтер, а некто иной, и за спиной его ей виделись не стены хорошо знакомой квартиры, а каменная кладка средневекового замка, головы оленей и горных баранов, факелы.
– Карл! – снова выдохнула она.
Он сильно взмок. Она чувствовала, как с него стекал пот. Иногда капли падали ей на лицо с его головы, тонкими тёплыми струйками сбегали по шее на подушку.
Карл громко зарычал, будто испытав приступ боли.
– Всё! – рявкнул он, вылезая из женских недр.
– Карл, позвольте я докончу, – проворковала она, скользя ртом вниз по его телу.
– Не нужно… Я устал нынче… Хочу просто полежать…
Он уставился в потолок. В полумраке комнаты Герда ясно видела блестевшие у него на лбу крупные капли пота.
«Похоже, ему нездоровится».
Его член всё ещё оставался большим. Герда обожала трогать его сразу после соития. В нём пульсировала какая-то особая сила, которую она не встречала у других мужчин. Под тугой оболочкой чувствовалась задремавшая мощь первобытного зверя.
Она положила голову Рейтеру на грудь, не выпуская из руки любимой «игрушки».
– Тяжело, – проговорил он, вздохнув, – слабость в теле…
– Вы всё равно великолепны.
– Когда ты скажешь мне «ты»?
– Не знаю. Есть своё очарование в том, что я говорю «вы». Я чувствую себя подчинённой.
– Тебе нравится положение подчинённой?
Она не ответила.
– Что-то меня мутит, – проговорил он. – Должно быть, коньяк после вина был лишним. Голова плывёт.
– Тошнит? Принести пилюли? У меня есть прекрасное противорвотное.
Герда с готовностью выпрыгнула из постели. Рейтер распластался перед нею, слегка раскинув ноги. Из густой заросли волос на паху вывалился увесистый хобот, утомлённый, полусонный, но по-прежнему плотный, наполненный притягательной силой. Герда почувствовала, как в ней снова шевельнулось желание.
– Может, воды… Принеси холодной воды, – попросил Карл.
Она быстро выбежала на кухню, схватила с полки большой стакан из толстого стекла и, не включая лампу, открыла кран. Вода шумно ударила в дно стакана.
Возвращаясь, она наткнулась на дверь и ушибла колено.
В спальне горел крохотный ночной светильник, рассеивая по комнате тусклый зеленоватый свет. Герда остановилась. Карл сидел на кровати, прижавшись спиной к стене и издавал невнятные судорожные звуки. Его лицо дёргалось, тело мелко тряслось. Казалось, он был охвачен паникой. Герда стояла, не зная, что случилось.
– Карл?
Он не слышал её.
Он вдруг издал непонятный звук, похожий на всхлипывание, и схватился за горло. Герда бросилась к нему, выронив стакан с водой. Стекло разлетелось кусками по полу, брызнув водой. Она отскочила в сторону, чтобы не наступить на осколки.
– Карл! Что с вами?
Он задыхался. По его телу обильно стекал пот, мокрая простыня прилипла к бёдрам и ногам, словно Рейтера окатили водой из ведра. Герда никогда не видела, чтобы люди так сильно потели.
«Что мне делать? Что происходит? – пульсировало у неё в голове. – Может, вызвать врача?»
Рейтер медленно поднялся на кровати, придерживаясь обеими руками за стену. Теперь его крепкое тело, блестевшее от пота, показалось Герде огромным, чуть ли не до потолка.
– Что тебе надо? – проговорил он с трудом. – Зачем ты здесь?