Уже было расслабился, когда наш небольшой караван Шимун сбил в кучу плотнее, чтобы он не растягивался, и хотел вести его дальше. Как за спиной послышались крики, что-то на подобии. – Держите его! – и началась какая-то суета. Я уже было решил, что это касается лично меня, и уже было хотел разорвать на себе халат, в спешке освобождая крылья, но к счастью не успел до конца этого сделать. Потому, что вся, стоявшая в дверях стража рванулась не к нам, а в противоположную сторону. Откуда послышались ругань, вопли, и чей-то предсмертный крик.

– Что это было? – обратился за разъяснениями.

– Ты имеешь в виду, кто тот человек, что с помощью камня смотрит на всех входящих? – я кивнул соглашаясь. – Это жрец из храма Мардука, что с помощью своей силы и по тому, как начинает менять своё свечение камень, выявляет всех демонов, что пытаются проникнуть за стены города.

– А почему ты мне о том только сейчас говоришь! – заорал на него. – И почему тогда я так спокойно мимо него прошёл?

– Так ты же Шеду! – поклонился Шимун, от чего я утих и отвернулся. Чего доброго, кто-нибудь обратит на нас своё внимание и увидит мою красивую рожу.

Пока мы двигались по улице до места своего конечного назначения, я похоже, что сам нашёл всему этому объяснение. Меня этот жрец не углядел потому, что все известные шеду передохли очень давно, и в этой их поисковой системе, такого образца как я не заложено, чтобы тот мог меня распознать. Как-то думаю так! Но опять же, я пролетал и над городом, пускай и не так далеко в него углубляясь. Почему этого не могут сделать другие демоны? Или у них тут какое-то своё ПВО припрятано, именно на такой случай?

Когда мы наконец-то остановились в скотном загоне, Шимун сразу же удалился, заверив, что к рассвету точно вернётся. Остальные принялись разбираться со своими пожитками. Закончив, сразу же пошли располагаться на ночлег в длинный двухэтажный сарай, служивший гостиницей. Я же всё это время находился в тени, у самой дальней стены, чтобы копошившимся рядом людям из других караванов не сильно бросаться в глаза.

Когда же мои знакомые отправились внутрь этого здания, я предупредил одного из них, чтобы, когда он займёт комнату свободную от посторонних, то пусть высунется в окно и даст мне о том знать.

Вскоре из окна на втором этаже он вылез по пояс и начал махать мне руками. В темноте оглянувшись кругом, чтоб убедиться, что никого не было рядом, я выпустил когти и спокойно втыкая их в стену, в два прыжка оказался в указанной комнате. Как я заметил, она была совершенно свободной от какой-либо мебели, только почти что весь её пол был застелен скудно набитыми соломой циновками. Перекусив своими припасами, люди завалились спать на эти подстилки, а я, скромно усевшись в углу приготовился ждать возвращения караванщика.

Где-то под самое утро, в коридоре раздались шаги и дверь в комнату со скрипом открылась. Я взглянул на дверной проём из своего угла. На пороге возникли двое, один из которых Шимун, а вот второй, стоявший с ним рядом мужик мне был не знаком.

– Шеду, ты здесь? – Шимун держал в руках огарок почти догоревшей свечи, что не могла осветить всё помещение целиком.

– Здесь! – подал я голос, и он со вторым человеком, перешагивая через своих спящих товарищей начал пробираться прямо ко мне.

– Это он? – тыкнул второй в меня пальцем.

– Он! – подтвердил Шимун.

– Ну и что ты мне голову-то морочишь! – начал тот возмущался. – Какой ещё шеду? Поднял меня среди ночи и притащил сюда, а тут… – брезгливо тыкнул в мою сторону пальцем. – Что я по-твоему, увечного от демона не в состоянии отличить?

От его громкого голоса спящие начали просыпаться, и расслышав последнюю фразу, начали поспешно отползать в разные стороны, желая оказаться от нас как можно дальше. Я же как был одет во все свои маскировочные одеяния, так надвинув тюрбан чуть пониже, продолжал спокойно сидеть в углу. Пока этот раздосадованный от увиденного мужик не попытался меня пнуть, видимо желая доказать свою правоту. Шимун попытался его остановить, но тот занёс свою ногу и со словами. – Посмотрим, что твой демон скажет на это? – попытался ударить меня ею в лицо.

После такого, я уже не мог усидеть на месте. Перехватив его пятку, легонько на неё надавил, от чего мужик вскрикнул от боли, и откинул его от себя, но только так, чтобы тот отлетел и упав, сильно не покалечившись. Поднялся во весь свой рост, одновременно с этим разрывая с треском халат и расправляя в стороны крылья. Стащил с головы тюрбан открывая лицо, бросив его в сторонку, гневно полыхнув на него в темноте своими жёлтыми глазищами, горевшими словно два фонаря.

Тот повалившись на спину, увидев такое, попятился прочь от меня, не пытаясь даже подняться. А вместе с ним и все остальные, в страхе начали вжиматься плотнее в стены.