– Как слышите нас? – спросил старший группы, усевшись за кухонный стол.

– Первый микрофон в норме, звук чистый, – откликнулась рация.

Старший прошёл в комнату.

– Как слышишь меня?

– Порядок. Идеально.

– Хорошо…

– Я пятьсот десятый, движение у подъезда, входит мужчина. Будьте поаккуратнее, – послышался голос Смелякова по муровской станции.

– Понял тебя. – Старший группы повернулся к товарищам: – Проверьте ещё раз, чтобы всё было на своих местах.

– Всё в порядке.

– Тогда ждём. Там посторонние. – Он кивнул на входную дверь.

Из подъезда донёсся звук лязгнувшей металлической двери, затем загудел лифт.

– Можете выходить, всё чисто, – доложила рация.

Старший группы кивнул:

– Выходим… Он ещё раз обошёл квартиру, придирчиво осматривая места, где работала его группа. Всё было убрано, подметено, протёрто. Никаких следов постороннего пребывания.

– Всё, – кивнул он и вышел.

Ещё некоторое время ушло на то, чтобы запереть замок входной двери, после чего вся бригада неторопливо вышла из подъезда и автобус «Ремонтно-строительного управления» увёз «рабочих» прочь, не возбудив ни у кого во дворе даже тени подозрения.

Радиоприёмник, включённый на минимальную громкость, едва слышно сообщал строгим голосом диктора: «Самое существенное, на чём сегодня необходимо сосредоточить всю силу партийного воздействия, – это достижение понимания каждым человеком остроты переживаемого момента, его переломного характера… Повернуть общество к новым задачам, обратить на их решение творческий потенциал народа, каждого трудового коллектива – таково первейшее условие ускорения социально-экономического развития страны…»

В дверь кабинета громко постучали. Савчук оторвал взгляд от лежавшей перед ним бумаги и сказал:

– Входите! На пороге появился Смеляков.

– Разрешите, Владимир Иванович?

– Я же сказал: заходи! Виктор сел напротив начальника. Из радио донёсся призывный лозунг: «Ленинским курсом – вперёд по пути коммунистического созидания!»

– Если мешает, то прикрути его, – разрешил Савчук, метнув быстрый взгляд на радио. – К ленинскому юбилею готовятся. Всё слова и слова… Я поначалу подумал, что Горбачёв и впрямь что-то переменить решил, но похоже, что ничего кроме разговоров не происходит… И колбаса пропадает из магазинов вместе с хлебом… У тебя что?

– Насчёт Кучеренкова.

– Есть информация?

– За семь дней наружного наблюдения удалось выявить только одну связь Кучеренкова. Он трижды ездил на улицу Новаторов, дом 3.

– Это, можно сказать, часто.

– Да, – согласился Виктор. – Там проживает некая Серафима Григорьевна Литвинова. По всей видимости, она его любовница. Но мне кажется, что одними интимными отношениями тут дело не ограничивается. Возможно, Литвинова причастна к его преступлениям. Может, хранит краденые вещи, может, сбывает их.

– Всё это надо проверить.

– Ребята уже занимаются этим…

– Братва, наметил я следующую точку! – Кучеренков поставил на стол бутылку коньяка.

– Опять у чёрта на рогах? – спросил Сошников, потягиваясь. – Серёга, почему ты не можешь отыскать что-нибудь поближе? Ну ладно, ты против того, чтобы мы по Московской области шуровали, так ведь ты и против соседних областей. Обязательно ещё дальше надо тащиться каждый раз? Тут под боком – тьма сберкасс. На кой ляд огород городить?

– А ты не понимаешь? – Кучеренков сковырнул пробку с бутылки. – Никому в голову не придёт искать нас в Москве, если мы в Брянской или Орловской области грабанём кассу. А орудовали бы мы у себя под боком, нас давно уже вычислили бы, это уж как пить дать.

– Ты по сути давай, – грубовато оборвал его Тер-Ми-калёв. – Конкретно говори, не тяни.

– А ты чего суетишься, Арменчик? – Кучеренков даже не повернулся к Тер-Микалёву, произнося эти слова. – Мы собрались конкретную тему перетереть, а ты погоняешь меня. Если у тебя есть другие дела, то я не держу.

– Извини, – виновато скривил тонкие губы Армен. – Просто сорвалось с языка. Не выспался я.

– Это тоже тема для разговора, братцы. – Главарь налил в стаканы коньяк. – Когда на дело пойдём – чтобы все ни в одном глазу! Чтоб даже не пахло ни от кого! Сделаем работу – вот тут хоть в зюзю ужритесь, а до этого – ни-ни… Груздь, к тебе это в первую очередь относится. Усёк?

– Далеко поедем?

– В город со скромным названием Жуковка.

– Где ж ты такой выкопал?

– В Брянской области. Кассу я посмотрел. Место тихонькое, всё пройдёт как по маслу. – Кучеренков повернулся к Груздикову. – Что с машиной? Есть что на примете?