– Вы что?! – Она сразу взвинтила голос до предельно высоких нот. – Пьянь вонючая! Совсем совесть потеряли! Ни днём ни ночью нет от вас покоя! А ну живо отсюда! Сейчас милицию вызову!

– Милиция уже здесь, Антонина Васильевна, – на пороге появился капитан. – Здравствуйте. Не волнуйтесь.

– Добрый вечер, Пётр Алексеевич. – Она узнала Сидорова.

Он прошёл, громко стуча мокрыми башмаками, к столу и повернул к себе телефонный аппарат.

– Вот взяли преступника, человека до смерти забил. – Он кивнул на Татаринова. – Сейчас свяжемся с отделением, вызовем машину, и всё у вас пойдёт прежним порядком, Антонина Васильевна.

Дозвониться удалось лишь с четвёртой попытки, и минут через тридцать к магазину подкатил, натужно гудя, замызганный УАЗ.

– Поздравляю с первой удачей, – пыхтя папиросой, сказал Пётр Алексеевич Смелякову, когда всё закончилось. – Сейчас можно будет чайку выпить. У меня пачка индийского припасена. Хотя по этому поводу можно, пожалуй, и чего покрепче махнуть, по пятьдесят граммов.

Как ты на это, а?..

– Смеляков! – позвал Болдырев, увидев Виктора в коридоре. – Загляни ко мне на минутку.

Виктор вошёл в кабинет заместителя начальника.

– Ты закреплён за участком на улице Обручева. Там дипломатические дома, три корпуса. Сотрудники посольств, дипломаты, атташе всякие. Тебе всё это знакомо. Вступай в свои права и прямо сейчас езжай туда. Улица Обручева, дом 4.

– Зачем?

– Кража! Так что начинай свою трудовую деятельность «на земле»!

Виктор растерянно вышел. Он уже не раз выезжал с группой криминалистов на место происшествия, но всегда присутствовал там только в качестве наблюдателя. Теперь же вдруг стало страшно, захотелось отказаться: «Я не готов, ничего ещё не умею!»

– Пётр Алексеевич, – он распахнул дверь в кабинет Сидорова, – там кража случилась, Болдырев велел на место происшествия выезжать, сказал, что пора начинать «на земле» работать…

– Пора, конечно, пора. Выезжай.

– Один? – ещё более растерянно сказал Смеляков. – Самостоятельно?

– Э-э, брат, до самостоятельного дела тебе ещё далеко. Со мной поедешь. Ну и группа будет, как положено. Я с Болдыревым уже разговаривал. Формально это дело твоё, документировать всё будешь уже сам, думать будешь сам, но я буду подсказывать, то есть пока ты ещё не за штурвалом… – Сидоров что-то записывал в свой блокнот. – Ты иди в машину, я сейчас, мигом…

Смеляков надел пальто вышел на улицу. Морозный воздух обжигал лёгкие.

Минут через пять появился Сидоров.

– Ну что? Поехали? – Он откашлялся.

– Пётр Алексеич, а что там?

– Фамилия пострадавшего Забазновский, он югослав, работает в торговом представительстве СФРЮ [2] … – Сидоров вынул клочок бумаги из кармана и прочитал: – Квартиру у него тряхнули чуть ли не на двадцать пять тысяч рублей!

– Вот это да! – Виктор даже присвистнул, услышав сумму. Это были огромные деньги, умопомрачительные. На эти деньги можно было купить пять автомобилей «жигули» или четыре кооперативные квартиры.

Смеляков забрался в УАЗ и громко захлопнул дверцу.

– Все, что ли? – спросил через плечо водитель.

– Все, поехали, – хрипло отозвался Сидоров и закурил папиросу.

Машина загудела, дёрнулась несколько раз и выехала со двора. Виктор подышал на оконное стекло и сильно потёр его, очищая от обледенелости. По Ленинскому проспекту катили автобусы и троллейбусы, мчались автомобили, клубился густой белый пар. Смеляков молча смотрел на улицу и думал о чём-то своём.

– Ты что такой невесёлый? О чём задумался? – спросил Сидоров.

– Да так…

– Чего «так»? Рассказывай, Витя, не стесняйся. Может, помогу.

– С жильём у меня проблемы. Комендант общежития замучил. «Уволился из отдела, – говорит, – будь любезен освободить комнату». Я понимаю, что так положено. Но куда мне деваться?

– Ах вот оно что… Не тужи. Я поговорю с Болдыревым, сообразим что-нибудь. А на первых порах можно комнатку снять. У меня, кстати, есть один мальчонка на примете, у которого можно поселиться на время.

– Какой мальчонка?

– Денис Найдёнов. Отец и мать у него умерли, только бабка осталась. У него было бы удобно, он живет совсем близко от нашего отделения…

Подъезжая к дому, где произошла квартирная кража, Виктор внимательно оглядел прилегавшую территорию. Никаких заборов вокруг не было, но у входа стоял сотрудник ООДП.

«Охрана-то плохонькая, не то что у посольства, – подумал Смеляков. – Тут ведь с задней стороны запросто можно проникнуть». Но вслух ничего не произнёс.

Группа, приехавшая со Смеляковым, оторопела, увидев обстановку в квартире.

– Ё-моё! – прошептал кто-то за спиной Виктора. —

Это ж дворец! Мать честная!