— Ну, в кино, так в кино, — согласился Анатолий.

Тихий океан. Десятая оперативная эскадра ТОФ[4]. Май 1963 г.

Чуден Тихий океан в хорошую погоду. Раскинувшись на многие мили вокруг, он неторопливо гнал волны куда-то вдаль, словно стараясь убежать от идущих крейсерским ходом кораблей. Походный порядок мирного времени десятой оперативной эскадры включал несколько колонн кораблей. В центре гигантским железным айсбергом резал волны авианосец «Император Петр Великий». Мателотом к нему шел линкор «Петропавловск». Несмотря на меньшие размеры, ощетинившийся стволами орудий линкор выглядел намного брутальнее и опаснее, чем больше напоминавший плывущую плоскую гору «Петр». Кроме этих двух кораблей в колоннах шли сопровождающие их тройка крейсеров и почти два десятка эсминцев и сторожевых кораблей. Постепенно колонны разворачивались в обычный для авианосной группы походно-боевой ордер, включающий две зоны охранения — дальнюю и ближнюю. Линкор оттянулся вправо и лег на параллельный курс, как бы прикрывая авианосец от далекого уже материка и в тоже время не перекрывая директрису взлета-посадки самолетов.

На командном пункте авианосца царила обычная деловая атмосфера. Вахтенный офицер расположился за своим пультом, изредка поглядывая за другими постами и несущими на них дежурство кондукторами и матросами. Все было спокойно, пока с одного из сторожевиков не пришла радиограмма об обнаружении шумов подводной лодки. Капитан-лейтенант Вернадский, действуя строго по наставлению, передал текст полученной радиограммы с вестовыми командиру и командующему эскадрой, одновременно передав руководителю полетов приказ на подъем противолодочных винтолетов. Ситуация, если смотреть субъективно, казалась вполне обычной, если бы не одно «но». В этом районе германские, английские и американские подлодки обычно не появлялись. К тому же немецкие и штатовские подводные лодки обычно подходили к эскадре не скрываясь, в надводном положении. От англичан же, по последним, доведенным перед самым выходом из Порт-Маклая, указаниям, можно было ожидать любых провокаций. Обнаружение лодки прямо по курсу эскадры косвенно подтверждало эти сведения. Поэтому Илья Владимирович приказал подготовить к вылету два противолодочных самолета «Лунь». Из восьми самолетов разведывательного варианта тяжелого штурмовика-бомбардировщика «Гриф» на борту авианосца имелось четыре разведывательно-дозорных и столько же патрульно-противолодочных. Вот два из четырех последних летные техники и начали готовить к вылету. Пока на самолетах проводили предполетную подготовку, буксировали к лифту и выводили на стартовую позицию, сторожевик и винтолеты гоняли лодку. Она увеличила скорость и маневрировала, пытаясь уйти от преследования. Лодка меняла глубину и даже выпустила пару акустических ловушек, одновременно резко разворачиваясь на прежний курс, ведущий вглубь ордера. Но винтолетчики цепко держали ее «ушами» своих сбрасываемых буев и держали связь со сторожевиком. Который, развив полную скорость, успевал оказаться на пути подлодки. Командир подводников, похоже, в конце концов понял, что прорыв не удается и решил не разряжать зря аккумуляторы. Подводная лодка отвернула на юг и демонстративно сбросила ход до малого. Со сторожевика, возвращающегося на свое место в строю, доложили об этом на авианосец. Но Вернадский приказал винтолетам продолжать наблюдение за лодкой. Так что пока в воздухе появились два «Луня», винтолеты типа «Морской Ворон» кружили над скрывающейся под водой добычей как черные вороны из песни.

Вернадский в это время, оценив обстановку, запросил у командира корабля разрешения на подъем в воздух двух патрульно-разведывательных «Луней». Оснащенные вместо вооружения мощными радиобнаружителями[5] и дополнительными баками в бомбоотсеке, эти самолеты могли часами кружить над морем, засекая надводные и воздушные цели. Илья великолепно помнил, что английские подводные лодки всегда действуют совместно с надводными силами. Это русские и германцы с их опытом действий в Великую войну, в Азиатском и Тихоокеанском конфликтах намечали для подводных сил самостоятельные задачи. Англичане же продолжали считать, что подлодки полезны только как вспомогательные силы при эскадрах и в противолодочной обороне. Вполне логично было предполагать, что где-то неподалеку крутятся английские или австралийские, что, в общем-то, практически ничем не отличается, корабли. И скорее всего — такая же авианосная ударная группа, как их семнадцатая опэск[6].

Как оказалось, командир корабля, капитан первого ранга Скопин, подумал также и даже несколько расширил предложение вахтенного офицера. Приказав поднять на палубу, кроме двух «Зорких луней» еще и два звена «Кречетов. И первыми приказал выпустить в воздух именно истребители, а уже потом самолеты ДРОН.

Наблюдая за привычной суетой на палубе, Илья вдруг вспомнил вчерашний спор с нынешним руководителем полетов, лейтенантом Андреем Северцевым. Андрей доказывал, что появление и становление авианосцев, как одной из главных ударных сил флотов абсолютно случайно.

— Если бы не стремление Британии к реваншу и не ситуация в Индии, авианосцы вообще могли не появиться. Сам посуди, кому они были бы нужны, если дальние и высотные дирижабли вполне справлялись? Именно потому, что у англичан не хватало денег на дирижабли, заставило их искать более дешевые средства воздушной борьбы. Ими же могли быть только самолеты, причем использование самолетов одновременно решало и задачу борьбы с дирижаблями. Но дальность… Этот недостаток и заставил британцев искать обходные пути. Гидросамолеты и гидроматки оказались сложнее в эксплуатации. Авиаматка же решала эти задачи быстрее и проще, хотя не всегда дешевле. Но прошу заметить, что до Тихоокеанского конфликта они считались вспомогательными силами флота. Прикрытие от ударов вражеского воздушного флота, разведка… Максимум — предварительные удары по основным силам неприятеля для ослабления их перед артиллерийским боем, — кипятился, доказывая свою точку зрения Андрей. — И только вынужденный «удар Лютьенса», закончившийся архиудачной «атакой Удета», чисто случайно, на грани невероятного везения, показал, что могут авианосцы на самом деле. Если бы не потопление «Конго» и не повреждение «Мэриленда», заставившие американцев и японцев отказаться от преследования флотилии Лютьенса… Его авиаматки и охраняющие их корабли были бы уничтожены в артиллерийском бою. А следовательно никаких ударных авианосцев сейчас бы не было…

Вспомнил он и свою попытку победить в споре.

— Ты еще скажи, что потопленные бомбами в Великую и Азиатскую войну корабли погибли случайно. И если бы не это, никакого воздушного флота мы бы не имели.

— А вот тут наряду со случайностью в попаданиях бомб была закономерность, — не сдавался Андрей. — Его Императорское Величество еще до Великой войны искал способы противостоять на море сильнейшей англо-франко-японской коалиции. Построить быстро больше линейных сил мы не могли, пришлось прибегать к импровизациям — созданию воздушного флота для разведки и нападения.

— Интересно, а что ты тогда скажешь о развитии боевых самолетов до нынешнего состояния? — Илье стало действительно интересно, что ему скажет Северцев.

— Что тут особо неожиданного можно сказать? — непритворно удивился Андрей — Все просто и логично. Опыт Великой войны привел к появлению самолетов поля боя штурмовиков и перехватчиков для борьбы с дирижаблями-бомбардировщиками. Те же перехватчики и штурмовики могли воевать и друг с другом. Естественно все воздушные силы всех стран захотели иметь более вооруженные, скоростные, маневренные и дальние самолеты. И в результате стали развивать двигателе — и авиастроение… Конфликты двадцатых, тридцатых и сороковых и гонка вооружений заставляли конструкторов измышлять все новые и новые машины, летавшие все выше, дальше и быстрее. И тут обнаружились два барьера — имевшиеся двигатели при увеличении мощности не могли дать заметного прироста ни скорости, ни дальности полета. К тому же они были чрезвычайно прожорливы и требовали все более качественного бензина. А с этим оказалось сложно не только у не имевших больших запасов нефти англичан, но даже и у нас и САСШ. К тому же появление ядерной бомбы и ее носителей требовало новых и более скоростных и высотных перехватчиков. Тогда стали искать новые пути повышения скорости и дальности, и появились турбовинтовые и реактивные двигатели. Никто не хотел отставать и таким образом появились современные воздушные флоты. Dixi.[7]

Зато под конец спора Илье все-таки удалось смутить оппонента.

— Ты еще скажи, что все это придумал сам, — пошутил он.

— Нет, — неожиданно покраснел Андрей. — Это из рукописи новой книги «Воздушный флот и его влияние на тактику и стратегию» моего отчима…

Воспоминания Вернадского прервал запрос на разрешение старта «Кречетов». Илья дал добро на запуск. Ревущие работающими на форсаже моторами, дополнительно разогнанные катапультами, самолеты один за другим взмыли в небо. После чего оборонительный патруль набрал высоту и начал барражировать над строем кораблей. Разведчики «Луни — Д», в свою очередь, рисуя в небе две встречно раскручивающиеся спирали вокруг ордера, начали поиск «вероятного противника». Пока ничего обнаружить не удавалось и, воспользовавшись моментом, Илья с Андреем вышли на мостик, «взять воздуху».