Робот, предназначенный для использования в течение пары часов максимум, быстро расходовал батарею, тем более когда занимался не свойственной ее телу задачей. То есть вместо секса, например, паял листы металла в открытом космосе с утяжелением в виде скафандра. Конечно, кислород Мерилин ни к чему, но деликатную синтетику ледяной вакуум вполне способен повредить, так что костюмы одевали обе - и Камми, и искин.

Разобрав передающее устройство на составляющие, девушка задумалась, перебирая варианты улучшения дальности связи. Мысли ее снова и снова возвращались к конечности их пути. Даже если сигнал кто-то получит, скажем, завтра. И что? Кто полетит их спасать? Точнее, если герои все же прилетят, то как они вернутся обратно? Все снова упиралось в невозможность путешествия к обжитому миру, а если бы подобная возможность существовала - «Тишь» бы не нуждалась ни в каких спасательных экспедициях. Двигатели в порядке, обшивка тоже, Камми по ней только что не с лупой полазила, все, что казалось ей подозрительным, поправила.

Так какой смысл звать на помощь, если она все равно не придёт?

Погрузившись в мрачные мысли, Камерон оставила на столе разобранный остов передатчика и побрела в каюту. Собрать его обратно она всегда успеет. Времени у них теперь хоть отбавляй - никто никуда не торопится.

Добравшись до кровати, она бросилась на нее спиной и уставилась в потолок, слегка побитый флакончиками и запачканный дорогущим средством для лица. Камми забыла их убрать в ящик с утра, вот и поплатилась. Половина того, что ей выбрала Вик на Атене, непригодно к использованию или напрочь разбилось. Хорошо хоть роботы-уборщики уже успели пройтись по всем каютам и собрать осколки и основную пыль и грязь. Это в баночке оно было выравнивающим тон и придающим сияние драгоценным тоником, а сейчас - просто клякса на пластиковом покрытии.

Камми моргнула, недоумевая, почему вдруг расфокусировалось зрение… И слеза, скользнув из уголка глаза к виску, прочертила на коже влажную дорожку. Девушка и сама не знала, что именно оплакивает: свое будущее, которое и вообразить-то себе толком не успела, или дорогущие косметические средства, которыми так и не воспользовалась.

Она настолько втянулась в повседневность «Тиши», что даже перестала задумываться, что будет дальше. Собирается ли она всю жизнь вот так, бесцельно, летать в космосе, от планеты к станции или планетоиду, перевозя грузы? Без багажа, знакомств, кроме членов команды, без возможности послать весточку деду? Не говоря уже о том, что неплохо было бы его самого вытащить из их захудалой дыры, но как и куда, если у нее даже своего угла нет? Не в эту же каюту. Двоих механиков капитан вряд ли потерпит на борту, тем более, у деда от перегрузок обостряется артрит, ему часто пользоваться Потоком нельзя. Поэтому нужна база, дом, в который она будет возвращаться к Стефану, но не на станцию же! Грег ее, поди, заждался уже.

Камерон неожиданно для себя хмыкнула.

Какой же глупой она была! Цеплялась за ужасы прошлого, когда нужно было всего лишь осмотреться как следует в настоящем. Теперь даже размытый, полузабытый образ Грега не внушал Камми ни ужаса, ни даже отвращения - как детский кошмар, внезапно привидевшийся во взрослом возрасте. Даже смешно немного: неужели когда-то ее этим можно было напугать? После путешествий в Потоке, столкновения с пиратами и прочего, ей, кажется, уже ничто не страшно. Тем более рядом Мэл, надежный и сильный.

Как до неё раньше-то не дошло? Он никогда не причинит ей вреда, не станет ею делиться с друзьями или подкладывать под нужных людей, как было принято поступать с жёнами на станции. Да и замуж ее выходить никто не принуждает. Можно и просто так...

Озарённая внезапной идеей, Камми вскочила с койки. Где-то тут, в шкафу, где после тряски перемешались все вещи, был пакет из магазина нижнего белья. Большую часть содержимого она даже не открывала, стесняясь то ли себя, то ли возникающих при взгляде на кружева и ленточки мыслей.

Сейчас стесняться не выходило. Глупо как-то отрицать собственную реакцию на мужчину, при виде которого заходится сердце и немеет язык. Учитывая, что неизвестно, сколько им еще осталось, - полгода, год, пара дней?..
– терять время из-за каких-то надуманных комплексов она не собиралась.

Быстро приняв душ и накинув то самое, с лентами и кружевами, Камерон выглянула из каюты и воровато оглядела коридор. Она не боялась, что ее остановят. Да что там! Вик, если бы узнала о ее намерениях, еще и подсунула бы что-нибудь из своего арсенала… что-нибудь неприличное. Просто попадаться на глаза никому не хотелось. Еще собьют с настроения, собирай потом решимость по углам.

На ее счастье никого в коридоре не было. Она - как была, босиком, - прошмыгнула мимо нескольких дверей и приложила руку к двери капитанской каюты. Та послушно распахнулась.

То ли искин помогла, то ли Мэл заложил разрешение на вход - Камерон хотелось верить в последнее.

Капитан лежал на койке, почти в точности повторяя ее недавнее состояние. Не плакал, конечно же, но некоторая прострация явно читалась на лице. Вполне возможно, она его даже разбудила. Многие военные умудрялись спать вот так, с открытыми глазами, вперившись куда-то в пространство. Привычка со службы, когда на посту приходится стоять сутками.

– Камми?
– его голос был хрипловат. То ли спросонья, то ли от ее вида. Было бы неплохо, если второе.

Не зря же она столько времени провела в том бельевом с Вик.

Тонкий кружевной пеньюар, не особо что-то скрывавший, пополз вниз, собираясь пеной у ее ног.

– Угадал, - Камми попыталась пошутить и сглотнула пересохшим горлом. Все же она не на шутку нервничала. Первый раз, как-никак.

Вдруг не примет, прогонит?

Глаза Малкольма горячо проследили все ее изгибы, заставив девушку затаить дыхание.