Вот что значит играть по правилам.

Так… и что там тяжелее выговора может быть? Надо будет устав хоть прочитать. Отчисление? Не хотелось бы пока до этого доводить. Вон вроде только комнату дали. Да и друзей я еще не завел. И это не говоря о том, что бояр много живых тут еще ходит…

— Завтра можешь возвращаться на занятия, — наконец завершил свою речь Жеребцов.

— Понял, — равнодушно кивнул я и поднялся с кресла.

— Я разве сказал, что мы закончили? — с нескрываемой сталью в голосе проговорил Жеребцов и по кабинету прошла мощная волна магматической энергии, — есть еще один вопрос, который я хочу обсудить… Марк.

Я послушно сел, расплывшись в довольной улыбке. Наконец то маски сброшены и запахло чем-то действительно интересным.

— Ну давай обсудим, боярин.

Бронислав слегка опешил от моего наглого обращения, уголки губ боярина едва заметно дрогнули. Обстановка в кабинете заметно накалилась. В буквальном смысле.

Жеребцов больше не смотрел на меня снисходительно и высокомерно, и это безусловно было приятно. Магматическая энергия грубыми волнами разбивалась о мой смешанный поток и безобидно растекалась в сторону.

На этот раз я не позволял боярину творить все что вздумается и явно намекнул, что выходки, которые он позволял себе в нашу прошлую встречу в этом кабинете, больше не прокатят.

Жеребцов быстро понял тщетность подобной тактики и чуть утихомирил свою энергию. Теперь она бесцельно клубилась по кабинету, ожидая приказа.

— Кто ты такой? — едва сдерживая улыбку задумчиво проговорил Жеребцов.

Ему странным образом нравилось то русло, в которое пошел разговор. Как и мне. От мысли что мы хоть чем-то можем быть похожими с боярской свиньей меня передернуло. Хотя, этот конкретный боярин был далеко не самым паскудным представителем совета.

— Жуков Марк Игоревич, — не дернув бровью ответил я.

— Как же, — зло усмехнулся Жеребцов, — а я тогда Император и Самодержец Всероссийский.

— Какое кощунство, боярин, — ехидно подметил я.

— Брось, — улыбнулся Жеребцов, — давай поговорим откровенно.

Где-то я это уже слышал, и с тех пор мое отношение к откровенным разговорам не сильно изменилось. Ну ладно. Давай попробуем.

Я охотно кивнул, ожидая дальнейшей реакции боярина.

— Ладно. Допустим… Марк. Как я вижу, ты довольно быстро разобрался с нестыковочкой. Поделишься способом?

Намекает на возвращение красного потока. Ну да, без него я бы не смог отклонить его прощупывающую магматическую энергию.

— Секрет рода, — улыбнулся я, — мне и в прошлый раз не понравились подобные фокусы от уважаемого проректора.

Пусть знает, что все его прошлые шалости не остались незамеченными.

— Поразительная внимательность для пробужденного пару дней назад, — похвалил Жеребцов, — и техники уровня Магистров ловко исполняешь.

— Рад что ты верно истолковал мой намек, — обрадовался я, — побоялся что сочтешь тот бросок кинжала банальным промахом.

— Угрожаешь? — заливисто засмеялся Жеребцов, — ты… обрубок мертвого рода еще неделю назад умоляющий на коленях дать ему шанс учиться в лучшей Академии Империи… теперь сидишь и угрожаешь…

А вот сейчас обидно было. Хоть и делал это не я. Вернее я, но… ай не важно.

— Личностный рост, — пожал я плечами.

— Ты ввязался в игру, которая тебе не по зубам, Марк. Не знаю, что ты скрываешь, но поверь, я выясню.

— Да какие уж тут игры, — вздохнул я и закинул ноги на стол Жеребцова, — ты пытался меня убить, я защищался. И теперь ты хочешь, чтобы я испугался чего? Что ты выяснишь какую-то таинственную правду обо мне?

Боярин никак не отреагировал на мой финт ногами, ну а что он сделает? Вся часть беседы, которая пошла после того, как Жеребцов неправомерно применил потоки на студента останется строго, между нами. Мы оба отчетливо понимали это. Прямо здесь и сейчас мы не студент и проректор, а не скрывающиеся под лицемерными масками враги.

Как только этот разговор подойдет к концу мы оба продолжим отыгрывать роли в рамках правил.

Тут я призадумался на секунду, а ведь есть один человек, которому я рассказал о себе больше, чем следовало. Мой отец. Но разве он не в руках у совета? Если так, то почему тогда Жеребцов пытается угрожать тем, что совету должно быть известно? Или… отец не раскололся? Вариант. Но есть еще один, и даже не важно какой из них верный, важнее сам факт его вероятности.

— Тем более странно слышать угрозы, когда ты сам забрал человека, который знает на них ответы, — подметил я, не отводя взгляда от Жеребцова.

Боярин даже не дернулся, но вот его потоки так обворожительно завибрировали, что у меня не осталось сомнений. Он ни черта не знает и его сейчас это дико злит.

— Я не трогал Игоря Жукова, — едва удерживая спокойный голос выдал Жеребцов.

Конечно, опасно намекать своим врагам, что их пленник реально что-то знает… но я взвесил все за и против, и решил рискнуть. Я ведь могу и блефовать.