С этой мыслью я достал из рюкзака распечатанную карту с четко обозначенной областью в Карелии, которая меня интересует.

Богданова предусмотрительно в рюкзак положила небольшую пачку наличных, это хорошо. Не придется применять на неодаренных ментальные техники. В моем нынешнем состоянии аккуратно сработать не получится. А убийств на сегодня пожалуй хватит.

— Что ж, пойдем посмотрим на места, где ты вырос таким сильным, — проговорил я вслух и залпом выпил дозу отвара из ятрышника, который вынул из рюкзака.

Горло тут же обожгла вязкая субстанция и тело пробила легкая дрожь. В приподнятом настроении я смешался с толпой и шмыгнул в распахнутые двери вокзала.

Рассветное солнце с трудом пробивалось через дикие лесные деревья. Легкий ветерок разносил по округе пение птиц. Неподалеку журчал горный ручей.

Я сидел на поросшем мхом камне и, поругиваясь вслух, сверялся с картой.

И почему меня закинуло именно в две тысячи двадцать первый год, когда электронные карты еще не были изобретены. Если бы Императоры чуть меньше воевали друг с другом за каждый клочок земли и не тратили все ресурсы на разработки боевых артефактов, то я бы не блуждал сейчас вслепую по диким лесам Карелии.

Место, в котором вырос и напитался силой ятрышник должно излучать заметные потоки. Просто обязано. Конечно, не такие как родовая земля древних семей, но хоть немного можно? Самую маленькую ниточку, которая прервет мои топтания на одном месте.

С этой мыслю я осмотрелся в очередной раз, тщательно усиливая родовой взор накопленной астральной энергией.

Вокруг полно нейтральных потоков. В этом нетронутом человеком месте, тонкие разноцветные энергетические слепки переплетаются, существуя в гармонии друг с другом.

Источников внешних потоков полно в этой местности, но все они не идут ни в какое сравнение с тем, что излучал ятрышник в оранжерее. И это спустя семнадцать лет после того, как его забрали из места силы!

Следовательно, сам источник должен излучать целый водопад энергии! Но пока из водопадов я встречал только парочку обычных горных водопадов. Красиво, конечно, но совершенно не то.

Обостренным слухом я уловил хруст ветки за своей спиной и лениво обернулся, ведь слабый энергетический источник позади изучал страх, а не агрессию. В двух десятках метров от меня величественно стоял северный олень. Животное нагло смотрело в мою сторону, будто являлось хозяином здешних мест.

— Слабоват ты для хозяина, дружище, — вздохнул я и убрал карту за пояс.

Сидеть на месте смысла не было, и я двинулся вверх по горной тропе. Крохи энергии, которые я успеваю накопить из тонкого мира я сейчас тут же пускал в ноги, чтобы облегчить свое состояние.

Но без красного потока тело все равно терпит перегрузки от постоянного движения, благо я хотя бы прихватил с собой еды и нет нужды охотиться. Да и времени, если честно, нет. Я ожидал что уж к утру я доберусь до нужного места и в этот же день успею вернуться в Академию, но, видимо, зря.

Тропа вела глубже в лес, но впервые за несколько часов блуждания моя интуиция что-то нащупала, и я остановился.

Никаких знакомых родовых потоков я не ощущал даже близко, более того, я мог с уверенностью сказать, что на несколько километров вокруг нет даже слабенького места силы…

Я в очередной раз достал карту и убедился, что нахожусь примерно в указанной Богдановой области. Учитывая ориентиры и собственное чувство направления, усиленное астральным потоком, погрешность не более одного километра. Только вот я истоптал его уже вдоль и поперек!

— Или почти истоптал? — вслух обронил я, разглядывая тропу.

Нет, кажется, тут я еще не был. Я сделал шаг и что-то глубоко внутри вновь откликнулось. Я закрыл глаза и сосредоточился на чувстве. Отсеял все лишние раздражители, тщетно стараясь ухватиться за подсказку из подсознания, или хотя бы понять направление…

Нога сделала шаг самостоятельно, и я открыл глаза. Значит, налево. Почему нет. Я встряхнулся, выпил очередную порцию отвара и в чуть более приподнятом настроении свернул в сторону от тропы.

Пробираться сквозь валуны, заросли и плотно растущие деревья было той еще задачкой, но внутреннее чувство верного направления нарастало, и я отдался ему полностью. Уставшее тело, вялое сознание и недосып ушли на второй план.

Не знаю сколько времени я так несся, ускоряясь все больше и больше, пока не выбрался на аккуратную зеленую полянку перед отвесным утесом.

Тонко скошенная и ровная, будто газон, трава на этой поляне сильно выбивалась из окружающей природы. Толстые корни деревьев опоясывали ее, образуя идеальный полукруг. Все живое в лесу будто боялось ступить на искусственно ровную редкую траву и замирало на невидимой границе.