Маленькие, неприметные, универсальные и невероятные смертоносные если их правильно запитать. Этим железкам с паршивым балансом, которые у меня сейчас в руках, далеко до моих артефактных черных шипов из старого мира… но для Гурьева вполне хватит.

Я влил в кинжалы все до капли остатки астральной энергии, скопленной в моем теле, и применил технику подвязки, чтобы попасть наверняка и устроить небольшое шоу. Как никак даже сам Генерал-Губернатор пожаловал.

Закончив подготовку, я сжался будто пружина и отточенным до автоматизма взмахом выпустил кинжалы из рук. Я бы и так не промахнулся, учитывая посредственную мобильность Гурьева, но с техникой подвязки это стало априори невозможно.

Я использовал частичку пара из энергии родовой техники Гурьева и «подвязал» ее к выпущенному кинжалу. Теперь каждый кинжал летит не только туда куда я его направил, а еще и самостоятельно корректирует курс стремясь вернуть украденную частичку обратно в источник.

Получился самонаводящийся кинжал, который стремиться проткнуть источник «подвязанной» в него частицы. Но чем сильнее техника подвязки изменит изначальный курс кинжала, тем более слабым получится удар. Потому я не халтурил и направил оба кинжала один за одним с идеальной точностью.

Гурьев даже не двигался и продолжал что есть сил выделять как можно больше пара, ожидая что сражаться в таких условиях мне будет тяжело. Так ему приказали. Тянуть бой до последнего вздоха, который случился куда быстрее, чем он ожидал.

Первый пущенный мной кинжал с диким хрустом пробил насквозь шею Гурьева и заставил трибуны замолкнуть. Даже комментатор подавился своим микрофоном не сразу поняв, что произошло, ведь бой только начался.

Тело Гурьева еще не успело осесть на землю как второй кинжал на середине полета сменил траекторию на девяносто градусов, и высекая разноцветные искры впился в защитные барьеры вип-ложи. Но, ожидаемо, сломался под мощью статичных защитных конструктов.

«…И ПОБЕДИТЕЛЬ СЕГОДНЯШНЕЙ ДУЭЛИ ЖУКОВ МАРК ИГОРЕВИЧ!»

После секундной паузы закричал во всю глотку комментатор и трибуны встретили оповещение овациями.

«ИМЕННО ПОЭТОМУ ВАЖНО ИЗУЧАТЬ ТЕХНИКИ БАРЬЕРОВ!» — посмеиваясь проговорил комментатор, когда свет прожектора выхватил бурно ругающегося и размахивающего руками Бронислава Жеребцова.

Но только Жеребцов ощутил повышенное внимание на себе, как тут же взял себя в руки, вежливо поклонился и направился прочь с трибуны. Интересно, его больше взбесило то, что я прикончил его вассала или то, что второй кинжал стремился пробить именно его череп?

Если второе, то боярский выродок сам виноват. Так старательно запитывал своей силой Гурьева, что техника подвязки среагировала и на Жеребцова как на источник.

Надеюсь, мой маленький намек заметил не только боярин, но и кое-кто более важный из числа гостей. Подсуживание на официальном поединке в присутствии Генерал-Губернатора так просто не сойдет с рук даже члену совета.

И я только начал играть с вами в эту игру.

Наблюдая как в мирном городе люди кричат и неистово хлопают в ладоши, глядя как из мертвого тела такого же студента, как и они сами выливается кровь, я мог лишь обреченно качать головой.

На это смотреть еще более жутко, чем на усеянное трупами поле боя. На войне хотя бы нет места лицемерию и подобному абсурдному шоу. Она настоящая и не скрывается под фальшивыми личинами.

Как только судья объявил результаты боя, за мной на поле тут же выскочили слуги Богдановых в смокингах и спешно увели к одной из лестниц, ведущих на второй этаж. Эх, не дали насладиться перекошенными в гневе рожами боярских свиней и покупаться в овациях.

Интересно, что до этого я не видел никакого второго этажа в «Цветочке». Магия пространственных карманов начинает интриговать меня все больше и больше.

Вежливо зашвырнув меня внутрь, суровые ребята вышли и захлопнули за собой дверь.

По центру комнаты, в которой я оказался стоял журнальный столик и вокруг него полукругом располагались три просторных черных дивана. В углу стоял комод из красного дерева, а слева от него камин и два кожаных кресла. Стены украшали два искусно выполненных мужских портрета. Кого они изображали мне было неизвестно.

В комнате пахло дорогим табаком с тонкой примесью луговых цветов. Странное сочетание, но семейка Богдановых сама по себе далека от понятия обычной.

Выйти из комнаты я даже не пытался. Заметил снаружи барьерную вязь. С моим опустевшим астральный источником можно даже не надеяться ее пробить. Благо, это не потребовалось.

И минуты не прошло как в помещение изрыгая розовые молнии из глаз залетела Василиса Богданова.

— Ты что устроил?!

— Победил, — безразлично ответил я, лежа на диване.

Весьма удобный прошу заметить. Не идет ни в какое сравнение с куском смятых тряпок в каморке, которые Игорь Жуков называл матрасом. Да и кровать в подвале оранжереи, на фоне обволакивающей мягкости этого божественного дивана казалась куском бревна.