Этот парнишка из воспоминаний, это ее предок? Насколько давний? По окружению воспоминания было совершенно непонятно, происходило это обучение со старикашкой сто лет назад или тысячу. Кто вообще такой этот старик? Откуда он появляется и куда уходит.

Вопросы лишь копились с каждым посещением Аномалии и это заставляло мою голову разрываться.

Ладно, отпустим эту ситуацию. Я не могу на нее сейчас повлиять и ломать голову смысла нет. Я что-то упускаю. У меня нет ключевого элемента мозаики, без которого цельную картину просто невозможно увидеть.

— Что ты там спросила? — вернулся я в реальность, когда разложил по полочкам расклад.

— Объясни мне что это такое? — нервно закатив глаза, кивнула Богданова на поляну.

— Это Аномалия, — пожал я плечами.

— Ты издеваешься? — начала закипать Василиса.

— Ни капли, — выдохнул я и ловко соскочил на ноги.

Красный поток наконец замкнулся в энергоканалах и циркуляция нормализовалась. Я похрустел шеей и начал разминать суставы и стимулировать потоки легкой зарядкой.

Богданову это взбесило, но это не моя проблема. Фурия сама сказала, что сейчас внизу умирают люди Арсения. А раз так, надо бы возвращаться. Да и из-за событий этого дня я начал испытывать какую-то гиперответственность за судьбу прирученной Скрябиной.

Арс ведь не знает ее истинной ценности, и в случае опасности может и пустить ее как расходный материал. И меня это не устраивает.

— Пойдем, — кивнул я надувшейся от обиды Богдановой, когда закончил короткую разминку, — на ходу спросишь, постараюсь ответить.

— Ладно, — сдалась Богданова.

— Если, конечно, не отстанешь, — тут же добавил я и помчал вперед.

Быстрее попасть в точку сбора было не единственной моей причиной торопиться. Как и после прошлого посещения Аномалии, я стал сильнее и мне захотелось тут же протестировать на что я сейчас способен.

Ощущение возросшей силы бодрило и улучшало настроение. Всего за несколько дней я перешагнул из состояния умирающего инвалида в статус крепкого Мастера. Теперь же в моем теле циркулировало красного потока с небольшим избытком, и я мог часть из него тратить на внешние техники, но как раз это проверять я не стал.

Все же пока печать еще на мне, генерировать красную энергию самостоятельно тело не может. Поэтому бездумно ее тратить все еще нельзя. Однако доступные физические усиления стали куда мощнее, а регенерация без труда срастит перелом за пару секунд.

На бегу я втянул самую малость внешней энергии от горного ручья и мягко пустил ее в смешанный внутренний поток. Температура тела немного снизилась и меня пробил озноб, но моя скорость увеличилась, а дыхание замедлилось. Нейтральная внешняя энергия стала частью меня и мои потоки ее не выплюнули, а приняли и переработали.

Хоть это и была одна из простейших энергий, одно это уже возвращало мне доступ к множеству излюбленных техник из прошлого мира. Смогу ли я провернуть подобное с чужими активными потоками вопрос открытый. Надо проверять на практике.

— Откуда столько энергии в Аномалии? Что источник? — сбивчивым голосом спросила Богданова, когда смогла со мной поравняться.

Славно. Когда приходится прилагать столько сил, чтобы иметь возможность задать вопрос, начинаешь тщательнее формулировать и не тратишь драгоценное время на лишнее. Василиса понимает, что как только мы доберемся до Арсения, поговорить об Аномалии не получится.

— Не уверен, — честно ответил я, — там вся земля пропитана кровью одаренных. Возможно, дело в ней.

Богданова чуть смутилась на бегу, но не отстала, не смотря, на то, что после ответа я еще больше увеличил темп. Тело слушалось меня прекрасно и постепенно привыкало к новой силе смешанного потока.

— Как тебе удается ее активировать? Борис Жуков пытался, но у него не выходило. По крайней мере не при мне.

— Возможно он держал это в тайне, — предположил я, — без обид, но будь возможность, я бы тебе тоже ничего не рассказывал. Ни про местоположение, ни про остальное.

— Верю, мог, — без тени сомнения ответила Василиса, — но если Борис Жуков держал это в секрете, то зачем было нас туда водить?

— Без понятия, — вновь искренне сказал я, — у меня самого куда больше вопросов, чем ответов.

— Такой себе из тебя информатор, — обиженно буркнула Василиса, не без оснований полагая, что я говорю ей не все.

Собственно, она права.

Остальные ее редкие вопросы тоже не получали тех ответов, на которые Богданова рассчитывала, и она хмурилась все больше. А спустя десять минут отстала и потеряла возможность узнать еще хоть что-нибудь.