За столом с традиционным тульским самоваром сидели двое: строгая суховатая старуха с лицом классической учительницы и с другой стороны – крепко сбитый дедок с хитроватым ленинским прищуром. В старичке я сразу опознал того самого Игоревича, что консультировал меня у пристани. Интересно, он-то как тут раньше нас очутился? Очевидно, другая, более короткая дорога имеется. Он пил что-то похожее на чай из стеклянного стакана в толстом, вроде бы серебряном с чернью, подстаканнике, изображавшем сложносочинённого извилистого дракона, каким его рисуют китайцы.

От учительницы женщина отличалась чёрным платьем о серебристых кружевах и резко диссонирующей с ним банданой с серыми черепушками по чёрному фону, завязанной на пиратский манер. На длинном столе на большую компанию располагались разные принадлежности для простого чайного вечера: пара розеток с печеньем, вазочка с какими-то конфетами, банка варенья и, на самом видном месте, пульт от телевизора. Рядом с пультом лежал большой тёмно-серый пистолет. Похоже, австрийский Glock-17 с каким-то хитрым подствольником, но с такого расстояния я мог и ошибиться. Оружие резко выпадало из общей мирной обстановки.

– Здравствуйте, – поздоровался я и слегка поклонился.

Мои товарищи тоже что-то смущённо пробормотали и последовали примеру. Почему-то сцена оказала на них угнетающее воздействие.

– Здор'oво живёте, путники, – иронически ответила «учительница», строго посмотрев на меня тёмными глазами. – Вообще-то воспитанные люди сначала стучат, а уж потом входят в чужой дом.

– Да мы это… – промямлил я.

– С чем пожаловали?

– Как вы, конечно же, знаете, – более раскованно стал объяснять я, – эта девушка должна у вас практику проходить.

– Было такое известие.

– А вы хозяйка? – напрямик спросила Олёна.

– Она и есть. Людмила Владимировна, – представилась старуха. – А это, – она кивнула на старика, – коллега мой, Святослав Игоревич.

Коллега что-то утвердительно пробормотал и снова припал к своему стакану. Мы по очереди тоже представились. Тут откуда-то сбоку вышел здоровенный чёрный кот – вполне ожидаемый и естественный в данной ситуации персонаж. Он сел посреди комнаты и молча уставился на меня. Глаза у него были не жёлтые, не зелёные, как часто бывает у кошек, а какие-то серые. Кончик пушистого толстого хвоста нервно подёргивался.

– Здравствуйте, кот, – поклонился я коту и одновременно с поклоном медленно закрыл глаза. Насколько знаю, представители кошачьего народа высоко ценят такой жест доброй воли. – Не знаю, как вас величать.

– Василием его звать, – ещё более строго сказала Людмила Владимировна. – А это вы, стало быть, практикантку мне привезли?

Святослав Игоревич захихикал и саркастически заявил:

– Дело хорошее. В нашем лесу как раз молодых девок сейчас не хватает.

Олёна несколько оторопела, но смело вышла вперёд и передала какую-то тощую папку.

– Людмила Владимировна, – робеющим тоном обратилась к хозяйке доставленная нами девушка, – я направлена к вам на практику. Вот мои документы. Там ещё официальное письмо на ваше имя от нашего ректора. В университете говорят, что вы у нас преподавать будете.

– Это они так говорят, – проворчала Людмила Владимировна. – А меня кто-нибудь спросил? Знаю я этого вашего ректора, пусть обломается. Ладно, практика практикой, святое дело, но это завтра. Вы с дороги умаялись, поди? Вот и славно. Сначала баньку вам организую, а потом ужин. Чайку попьём. Ох и вкусный у меня чай, спасибо Святославу Игоревичу, снабжает. Первой девушка пойдёт, а вы оба потом, после. Только не спорить мне! – Хотя никто из нас спорить и не пытался. – А то знаю я современную молодёжь. Надеюсь, вы не из этих?

Мы объяснили, что ни в коем случае «не из этих», отдельные спальные мешки имеются у каждого, и на особо комфортные пуховые перины не претендуем.

– Вот и славно, – задумчиво молвила хозяйка, посмотрев куда-то поверх наших голов. – А вы, ребята, на сеновале спать будете. Ночи пока тёплые, мышей там нет, так что нормально выспитесь. А тебя, Олёнушка, я в свободной светёлке поселю. Наверху. Надеюсь, разрешишь тебя на «ты» называть? Вот и славно. Да, у меня всё четко. Подъём в восемь, в полдевятого завтрак. В девять со стола убираем и за работу. Это, Олёнка, тебя в первую очередь касается. А вы, ребята, делайте что хотите, но, если проспите, голодными будете ходить. Завтра мне по хозяйству немного поможете. А машину в ворота загоните, нечего ей в лесу на самой дороге стоять.

Потом была отличная баня с приятным еловым ароматом, где мы смогли хорошенько прогреться. Мне, я так думаю, это нужно было больше всех после проблем прошедшего дня. Особенно после хождения по болотистым местам, где я основательно промочил ноги. В конце вкуснейшего ужина нас напоили прекрасным чаем. Не то от этого чая, не то от обильной еды или от бани, но спать вдруг захотелось нереально. Кое-как мы доползли до сеновала и мгновенно уснули.