— Ладно. Без разницы. Ты можешь мне помочь.

— Ты уверена?

Я бросила на него мрачный взгляд, обещавший убийство.

Он улыбнулся мне, и это была настоящая улыбка. Та, что смягчала красоту его лица и зажигала огонь в янтарных глазах.

У меня перехватило дыхание.

Я ненавидела себя.

Кайден усмехнулся себе под нос, но затем двинулся ко мне. Я напряглась, но когда он осторожно просунул руку мне под плечи, я не испугалась, так что бонусные очки Кайден заработал. Он приподнял меня, помогая опереться на пуховые подушки.

— Спасибо, — с любезностью пробормотала я, как избалованный ребёнок.

— Всегда, пожалуйста.

Кайден отступил, поднимая еду.

— Люси хотела, чтобы ты начала с чего-нибудь лёгкого. — Он поставил поднос на стол, с его маленькими крепкими ножками он был идеальной высоты. — Это куриный бульон с рисом, и Люси сказала, что если ты хорошо его перенесёшь, мы можем перейти на что-то более существенное.

Посмотрев в миску, я поняла, что там были столовые приборы. Боже, когда я в последний раз пользовалась столовым серебром? Я почти видела, как тушёная говядина пятнает кончики моих пальцев. Я потянулась за ложкой, но остановилась, когда почувствовала, что моя рука дрожит. Дрожь пробежала по всему телу.

Я уставилась на миску, не в силах пошевелиться в течение нескольких секунд. Страх был иррациональным. Я знала, что могу есть без проблем, но эмоции были настолько сильны, что я задохнулась.

Жар пополз вверх по моей шее, и я посмотрела на Кайдена, ожидая увидеть, что он наблюдает за мной с затравленным выражением лица.

Но это не так.

Кайден вообще не смотрел на меня. Вместо этого он сидел за маленьким столиком и наливал себе стакан ягодной воды.

Облегчение накрыло меня. Он не смотрел на меня, и хотя я подозревала, что он сделал это нарочно, мне было всё равно. Дрожь немного утихла, и когда я наконец взяла ложку, оказалось, что я не забыла, как её держать.

Немного бульона пролилось, когда я подняла посуду, но с первой же ложки закрыла глаза. Было не больно, и это было так вкусно.

Я поела.

Кайден сидел в стороне, молча включив телевизор. Я понятия не имела, что он смотрит, потому что Кайден убавил громкость, но, казалось, он был поглощён просмотром.

По крайней мере, я так думала, пока не положила ложку в пустую миску, и он тут же повернулся.

— Хочешь пить?

С полным животом я кивнула.

Подойдя ко мне, Кайден поставил стакан на тумбочку, в пределах моей досягаемости.

— Я заберу поднос, — объявил он, делая именно это. Поставив его на стол, он вернулся и сел на стул, стоявший рядом с кроватью.

Я несколько мгновений смотрела на него, потом взяла свой стакан и сделала глоток.

— Ита-а-ак… — Протянула я.

— Да?

— Ты что, так и будешь тут сидеть?

— Да.

Я посмотрела на него.

— Почему?

Кайден откинулся назад, закинув ногу на ногу. Он выглядел совершенно непринужденно.

— Потому что я этого хочу.

— А что, если я не хочу, чтобы ты был здесь?

— Тогда я уйду.

Я пристально посмотрела на него.

На его лице появилась усмешка.

— Но ты же этого не хочешь.

Я хотела спросить, почему он так думает, но это было правдой. Только, потому что я не хотела оставаться одна. Я достаточно времени провела в гробнице одна.

Вот что я говорила себе.

Но также я… Боялась заснуть. Отчасти это было из-за кошмаров, в которых я была уверена, что вспомню всё, но в основном это было связано с моей матерью. Ей всегда было тяжелее всего по утрам, особенно когда она была под чарами, когда понятия не имела, где находится, или когда верила, что всё ещё находится в плену у этих Фейри.

Что, если это случится со мной?

Отбросить эти страхи было не так-то просто.

— И ты не устал? — Спросила я, желая отвлечься.

Он покачал головой.

— Я чувствую себя более бодрым, чем за последние столетия.

— Ну… — я поставила стакан обратно на тумбочку. — Ты был под тёмными чарами на протяжении многих лет, так что…

— Правда. — Его глаза искрились смехом, чего я никогда не ожидала увидеть, при упоминании времени, проведённого под чарами Королевы. — Тебе ещё что-нибудь нужно?

Я подумала об этом.

— Расчёску? Я думаю, что одна есть в ванной.

Кайден поднялся, забирая расчёску. Вместо того чтобы отдать её, он сделал тоже, что и со стаканом, положил её на тумбочку.

Пробормотав слова благодарности, я подняла её, но в тот момент, когда я попыталась поднять руку к голове, я поняла, что у меня не получится.

Я вздохнула.

— Кто бы мог подумать, что сломанные рёбра будут так болеть.

— Все, у кого были сломаны рёбра, — ответил он.