Разжимаю пальцы, отдавая бумаги. Катя же, недовольно стиснув зубы, вылетает из кабинета, на этот раз забыв вильнуть хвостом.

Дура. Куда её припер Воронин? На кой черт она здесь сдалась? Хотел, чтобы меньше по клубам шлялась, так она на работе устраивает дом мод для выгула своих шлюшьих нарядов.

День пролетает в запаре. Да такой, что я едва успеваю вовремя приехать за Машей.

Она уже пританцовывая стоит около парковки и трёт ладони друг о друга. Замёрзла малышка.

Забирается в салон, но вместо уместных жалоб на холод, мгновенно тянется ко мне, чтобы обнять. Ловлю холодные губы и целую. С ходу глубоко. Потому что мне, оказывается, её адски не хватало целый день.

– Привет, – выдыхает, когда я наконец её отпускаю.

– Привет. Зачем раньше вышла? Я же сказал, что опоздаю.

– Мне хотелось под снегом постоять. Люблю зиму.

– Постояла?

– Да. А теперь грей меня.

Смеюсь, включая сильнее печку.

– Согрею, Маш. До дома доберёмся, и сразу согрею.

Она прекрасно понимает, что я сейчас далеко не о горячем чае говорю, поэтому все ещё немного смущённо кусает губу. Интересная она. Не скрывает своих эмоций, не зажата, но все ещё иногда смущается. Мне нравится.

– Оу, – вдруг удивленно произносит, приподнимая пальцами с торпеды наручники. Забыл в бардачок закинуть?

– Брось, Маша, – в них столько грязи побывало, что в ее ангельских руках эта вещь смотрится инородно. Моя послушная девочка тут же разжимает пальцы и те с глухим звоном опускаются обратно. – Ты выяснила что-то про картину?

– Да. Выкроила сегодня время и первым делом взялась за Анисова. Сделала пару манипуляций и могу с точностью в девяносто пять процентов сказать, что картина оригинальна.

– Уверена?

– Думаю, да. Такие работы проще всего проверять. А по Анисову я писала дипломную работу, поэтому знаю историю его жизни на зубок. Сложнее с работами, чьи авторы не известны.

– Именно такие тебе подсовывает Ельский? – вспоминаю ее историю о внеплановой работе.

– Да, а я делаю их как оказалось только для того, чтобы дать ему время на махинации.

В голосе Маши звучат нотки раздражения, злости и разочарования. Все и сразу.

Протягиваю руку и сплетаю наши пальцы.

– Мы все решим. Скоро перестанешь делать ненужную работу.

– Главное, чтобы работа у меня осталась, – вздыхает малышка.

– Тут не обещаю. Но ты у меня умная девочка. Уверен, что новое место не заставит себя долго ждать.

Маша устремляет в меня взгляд, полный неприкрытой нежности.

– У тебя, – произносит, будто не верит, что я сказал это.

– У меня, – подтверждаю, разорвав наши сплетенные пальцы и погладив ее подбородок.

Большой палец тянется к сладкому рту, и я решаю не отказывать себе в том, чтобы погладить ее нижнюю губу.

Жалею об этом почти сразу, потому что кровь нагревается как под воздействием огня. Маша тоже испытывает нечто подобное, так как смотря мне прямо в глаза, размыкает губы. Маленькая соблазнительница. Возбуждение мгновенно шарахает по нервным окончаниям. Склоняюсь и провожу языком по подставленным мне губам. Вкусным, мягким, манящим. Горячий тихий стон малышки шаром прокатывается по рецепторам. Маша тянется ко мне, обхватывая лацканы куртки, и подается вперед, встречая мой язык своим. В глазах темнеет. С ума сойти можно. Хоть бери и тащи ее на заднее сиденье.

Вот только множество прохожих и оживленная улица останавливают. Отрываюсь от чувственной девочки.

– Давай домой доедем сначала.

Маша прикусывает губы и с готовностью кивает.

– Только за картинами заедем?

– Обязательно. Можем сразу все перевести, если там немного.

– Все? – чистые синие глаза вспыхивают.

– Конечно. Ты против?

Широкая улыбка растягивает красные после поцелуя губы.

– А если бы была против, ты бы меня уговаривал?

Теперь улыбаюсь я.

– Нет. Просто собрал бы твои вещи и вывез к себе.

Маша выглядит такой счастливой, что у меня снова в грудине горячеет. А как она думала? Я предупреждал, что если мы будем вместе, то это не будут отношения – встретились разъехались. Тем более она уже живет у меня. Не будет же потом съезжать. Да и мне слишком понравилось, когда она рядом. Попробовав хорошее, к прежнему возвращаться уже нет желания.

Перемещаю руку на рычаг переключения передач, а Маша кладет свою ладонь поверх моей. Коротко усмехаюсь. Такая мелочь, а внутри дребезжит все.