Периодически мимо нас проходили всяческие вельможи, с любопытством рассматривающие меня и полностью игнорируя идущего рядом Алека, который тоже не обращал на них никакого внимания. Хотя... В одну из таких встреч я отметил, как одного из них он проводил весьма недобрым взглядом, хотя тот демонстративно отвернулся, когда шёл мимо.

— Пришли, господин! — наконец объявил раб, остановившись у какой-то невзрачной двери в стене.

Приподняв брови, я удивлённо посмотрел на украшенную литьём поверхность последней. Крупные чугунные вензеля красиво переплетались в завораживающем и совершенно незнакомом для меня узоре. «Никогда не видел ничего подобного», — подумалось мне, пока мои глаза с любопытством изучали причудливый орнамент.

— Это обитель мага? — Почему-то я думал, что у того было собственное крыло, лаборатория, ну или же кабинет, на худой конец.

— Не совсем, господин. — Улыбнулся Алек. — За этой дверью находятся ступени башни. Вам туда. Рабам внутрь входить запрещено, поэтому дальше проводить не могу.

Услышав его слова, я с подозрением посмотрел на него и уточнил:

— Даже со мной?

— Даже с самой принцессой. — Кивнул мой провожатый, снижая голос, чтобы нас не слышала охрана, вставшая в почётном карауле по обе стороны. — На двери стоит защита, которая реагирует на всех, у кого есть рабское клеймо. Я не могу пройти дальше, если не хочу погибнуть. Маг ненавидит рабство и всё, что с ним связано.

Замолчав, он покачал головой, одновременно отступая чуть в сторону. Что до меня же, то я, едва только осознал им сказанное, отдёрнул руку от двери. «Клеймо? Но оно у меня тоже есть и никуда не делось, пусть и настроено уже не на купчую, а напрямую на принцессу!»

— осознал про себя, в задумчивости замирая.

— М-м-м... — Темноволосый эльф, вполне очевидно, тоже понял мои затруднения. — Да, это проблема.

Он посмотрел на дверь и, немного помолчав, вдруг предложил:

— Может, попросить кого-то из охраны сходить и позвать сюда мага? Наверняка они вам не откажут, ведь ваш статус сейчас довольно высок.

С сомнением покосившись на истуканов, что стояли по обе стороны двери, я засомневался. «Попросить их?» — задался вопросом, а затем сделал глубокий вдох и выдох, спешно соображая, что делать. «Джина сказала, что договорилась с магом о моём обучении, а значит, меня не должно здесь ничем убить. Рискнуть?» — подумал я и снова протянул руку, ощущая то, как сердце забилось уже где-то в горле, а ноги стали подкашиваться от волнения и затаённого страха. Смерти я не боялся, но оставлять жену совершенно одну не хотел, да и не знал, как сказалась бы моя смерть на ребёнке. «Нет! Я просто обязан жить!»

— убедил сам себя, хотя мои пальцы и дрогнули.

Зажмурившись, я сделал резкий шаг вперёд и схватился за ручку, изображающую льва с распахнутой пастью. Минута, две, три. Ничего не произошло. Открыв глаза, я почувствовал, как меня бросило в жар, а потом осторожно отворил дверь вовнутрь. Отчётливый щелчок механизма заставил меня вздрогнуть, но ничего за этим так и не последовало. Там действительно оказались ступени куда-то вверх, и я, сделав ещё шаг вперёд на ватных ногах, оказался внутри.

Ничего не кольнуло, боли тоже не ощущалось, да и магия не испепелила меня на месте. Недоумевая, я обернулся на Алека, что спокойно стоял по ту сторону. Мне отчётливо было видно, как на его губах расползлась довольная улыбка, а в глазах мелькнул триумф от победы. «Соврал? Вот же!» — вдруг осознал я и едва не выругался вслух. «И ведь намеренно говорил тихо, чтобы охрана не слышала, гадёныш! Те точно недоумевают, что я за идиот, раз просто не могу открыть дверь и войти. Слухи наверняка поползут теперь всякие.» — пришло ко мне понимание, которое совершенно меня не обрадовало.

— Маг на самом верху башни, господин! — крикнул мне раб, быстро отворачиваясь и явно собираясь ждать меня снаружи.

Выдохнув, я со злостью посмотрел на его невозмутимую спину. «Ну погоди. Устрою я ещё тебе «шутку» не хуже!» — мысленно пообещал ему, после чего принялся подниматься.

Голова пухла от сотни лежавших передо мной документов, законов и указов, но я упорно пыталась вникнуть в каждый из них, при этом слушая комментарии главного королевского советника. Последний до крайности раздражал меня писклявым голосом и объёмным пузом, что отожрал за время правления моего отца.

Сам король тоже весьма злил, восседая на величественном кресле посреди рабочего кабинета и командуя старческим голосом бестолковыми слугами. На самом деле, как я и полагала, он уже давно присутствовал во дворце больше предметом интерьера, чем реально там что-то решал. Больше половины последних законов были прописаны рукой советника, а не отца. И те из них, что я собиралась отменить в ближайшее время, откладывались мной в сторону, чтобы потом не оказались забыты. Что до остальных же, то их я просто складывала в общую папку. «Будет время, так разберусь и с ними. Улучшу, дополню, усовершенствую. Только всё потом», — убеждала себя, стараясь отбирать лишь действительно важные в конкретный момент.