Зима подходила к концу, и Занна уже многому научилась от своих друзей-контрабандистов. Старики, которые в ней души не чаяли, показали ей, как во время прилива ловить рыбу в приливных ямах на берегу пещеры, а при отливе спорили за привилегию научить ее расставлять ловушки для крабов на скалистых рифах, что защищали укромную гавань от чужих кораблей. Ремана пообещала девушке, что веской, когда погода будет достаточно спокойной, чтобы плавать под парусом, она покажет ей единственный безопасный маршрут в головоломном лабиринте подводных рифов.

Несмотря на отсутствие торговли, молодые крепкие мужчины не бездельничали: они чинили и подновляли корабли и ремонтировали оснастку. Пока снаружи бушевали метели, женщины научили Занну латать сети и паруса, мастерить из старого тряпья разноцветные коврики, которые защищали ноги от холода каменного пола. А еще они поделились с ней своими ткацкими секретами, которыми пользовались, чтобы изготовить теплые затейливые портьеры, скрашивающие мрачные сумерки пещер.

Это было восхитительное время, полное смеха и болтовни, шуток и сплетен, которыми обычно обмениваются молодые женщины. И конечно, много говорили о красивых, обветренных мужчинах, и о том, кто в кого влюблен и кто на ком женится — но тут Занна только слушала, а мысли свои держала при себе. Тарнал ходил за ней словно тень, но она уже решила, что не выйдет ни за кого, кроме Яниса, потому что полюбила юношу с того самого раза, когда впервые увидела его в доме своего отца. К счастью, — а может, к несчастью, — предводитель Ночных Пиратов не знал, что судьба его уже давно решена, — а теперь никогда и не узнает, ибо Занне необходимо уехать.

Девушка еще немного помедлила, зачарованная потоком счастливых воспоминаний, а потом сердито встряхнула головой и смахнула слезы. Это ни к чему. Три кратких месяца она была счастлива, пока не пришла весть об ужасных событиях в Нексисе — весть о чудовищах, страшных и отвратительных, что были виновниками гибели стольких людей, весть о том, что Миафан захватил власть и держит город в постоянном ужасе, — и ничего о Ванноре, бесследно исчезнувшем в ту грозную ночь, что унесла столько жизней.

Когда Ремана сообщила Занне эту новость, девушка сразу решила, что будет делать. Она должна вернуться в Нексис и отыскать отца, или, по крайней мере, выяснить, что с ним сталось. Конечно, если Ночные Пираты узнают об этом, ее ни за что не отпустят — вот почему Занна решила улизнуть втихомолку, поздно ночью, заранее приготовив все для побега.

Ей повезло — уже несколько дней свирепствовала метель, и все лошади были собраны в пещере-конюшне. Конечно, путешествие предстоит опасное и трудное, но Занна считала, что этой ночью ей нужно добраться лишь до ближайшего укрытия — а потом, обманув преследователей, которых, без сомнения, отправит за ней Ремана, можно будет ехать и днем. Единственная сложность — это отыскать на болотах путь в Нексис.

Занна украдкой выглянула из арки, чтобы ее как бы случайно заметил часовой, охраняющий корабли. Вскоре послышался хруст гальки под ногами, и Занна вздохнула с облегчением. Пока ее план работает — не зря же она дожидалась ночи, когда будет дежурить Тарнал. Глубоко вздохнув, Занна выступила из-за угла ему на встречу.

— Ты еще не спишь! — Тарнал был удивлен, но, как она и ожидала, его карие глаза сияли. «О боги, — подумала Занна, — надеюсь, у него будет не слишком много неприятностей». Девушка улыбнулась.

— Я не могла заснуть, — печально ответила она. — Хотя мы и под землей, шторм все же беспокоит меня.

— Такое бывает у многих, — уверил ее Тарнал. — Это значит, что ты чувствуешь погоду. Из тебя выйдет отличный контрабандист, Занна, — он застенчиво улыбнулся ей, и она очень хорошо поняла, что он имеет в виду. Юноша давно уже был от нее без ума, но на этот раз романтическое настроение нашло на него несколько не вовремя…

— Ну вот, — торопливо сказала Занна, — я не могла заснуть и решила спуститься в конюшню и проверить, как там Дудочник.

Лицо Тарнала просветлело.

— Отличная идея, — ответил он. — Я тоже всегда беспокоюсь о лошадях в такую погоду… Знаешь что — я тоже пойду с тобой — вдруг потребуется помощь.

«Ну уж дудки, — подумала Занна, — если мы останемся одни в этой хорошенькой, тепленькой, полной папоротника пещере…»

— Очень мило с твоей стороны, Тарнал, — поспешно сказала она, — но если Янис узнает, что ты бросил свой пост, тебе не миновать неприятностей. — Занна заговорщицки подмигнула. — Оставайся-ка здесь, Тарнал — я скоро вернусь. — С этими словами она скрылась, надеясь, что ему не взбредет в голову догонять ее.

В пещере-конюшне было тепло от множества животных. Когда Занна вошла, не забыв закрыть за собой тяжелую плетеную створку, до нее донесся мягкий шелест лошадиного дыхания вперемешку с приглушенным стуком копыт и хрустом соломы. Сонные животные почувствовали ее присутствие, и огромные блестящие глаза уставились на девочку. В свете лампы, они мерцали, как драгоценные камни. Встав на цыпочки, Занна поставила лампу в глубокую нишу справа от входа. Существовали очень строгие правила, запрещающие держать любой огонь вблизи сухого как порох папоротника, устилавшего пол пещеры. Одна искра — и конюшня в мгновение ока превратится в огненную преисподнюю.

Шурша глубокой, мягкой подстилкой, Занна двинулась вдоль стены, пока не нащупала крючья, вделанные в скалу, на которых висели седла и уздечки. Порывшись в куче папоротника, девушка достала теплый плащ и узел с едой и вещами, которые спрятала накануне. Вместо того чтобы тащить все это вместе с тяжелым неуклюжим седлом сквозь скопище обеспокоенных животных, она решила сначала поймать Дудочника и привести его сюда. Сняв с крючка уздечку, она достала из кармана яблоко и принялась осторожно прокладывать дорогу среди растревоженных лошадей, тихонько подзывая своего пегого любимца.