— Конечно, прав, — твердо сказал Д'Арван. — Твоя мать была хорошим учителем. У Мары был озадаченный вид.

— Но если ты не ошибся, любимый — а я не говорю, что ты ошибся, — тогда, ради всего святого, ответь мне, почему горожане ничего не восстановили? Разрушения велики, не спорю, но, чтобы, допустим, разобрать запруду и вернуть реку в прежнее русло, потребовалось бы от силы несколько месяцев. — Она нахмурилась. — Сам собой напрашивается вопрос…

— Кто сейчас там у власти, — закончила за нее Ориэлла. — Кому выгодно, чтобы город оставался в таком состоянии? Ясно одно: ни Паррик, ни Ваннор этого бы не допустили. Но если Нексисом правят не наши друзья…

— Следует предположить, что это делают наши враги, — угрюмо договорила Мара.

Вернувшись к лошадям, они обнаружили, что Шиа с Хану уже успели поохотиться и отложили людям двух жирных кроликов. Маги и Мара решили сначала отдохнуть и подкрепиться, а потом уже отправляться в Нексис. Они надеялись отыскать в Академии какое-нибудь указание на то, что здесь случилось, а также на нынешнее местопребывание Элизеф или Миафана. Ориэлла сгорала от нетерпения, но согласилась, что неразумно отправляться навстречу опасностям голодной и уставшей. Д'Арван и Мара занялись приготовлением кроликов, а Ориэлла незаметно скользнула в чащу. Она хотела остаться наедине с собой и еще раз все хорошенько обдумать.

Когда запах подгоревшего мяса стал уже нестерпимым, Мара неохотно высвободилась из объятий Д'Арвана и, недовольно ворча, передвинула кроликов подальше от огня — Осторожно, — с улыбкой заметил Д'Арван. — Если мы загубим завтрак, Ориэлла нам спасибо не скажет. Мара поправила одежду и улыбнулась в ответ:

— Я думаю, в данном случае она нас простит, хотя это и не повод морить ее голодом.

Мара пыталась говорить твердо, но это ей плохо удавалось. Она понимала, что Ориэлла удалилась, чтобы дать им с Д'Арваном побыть вдвоем, но если, пока они обнимались, жаркое уже начало пригорать, то пора бы ей и вернуться. «Нам-то хорошо, — подумала Мара. — А Ориэлла уже второй раз теряет любимого. Мы должны сделать все, чтобы помочь ей найти Анвара». Нахмурившись, она повернулась к Д'Арвану:

— По-моему, кто-то из нас должен сходить за Ориэллой. Нечего ей бродить по лесу в одиночестве.

— Не волнуйся, за ней уже пошла Шиа. Мара изумленно приподняла бровь, а потом печально покачала головой:

— Никак не привыкну. Не столько даже к самим пантерам, сколько к тому, что вы с Ориэллой можете с ними разговаривать.

Д'Арван усмехнулся:

— А они, между прочим, считают себя самыми обычными людьми. Шиа такой же друг Ориэллы, как мы с тобой. И даже, возможно, ближе.

Мара сморщила нос.

— Наверное, мне просто завидно, что я их не понимаю.

— Мне тоже жаль, что ты их не понимаешь, — улыбнулся Д'Арван. — Я думаю, вы бы с Шиа сошлись. У вас много общего, и если рассудить, то это не более странно, чем то, что вон те лошади совсем недавно были людьми.

Мара выпучила глаза:

— Только не говори, что ты и с ними способен беседовать!

Д'Арван помрачнел.

— К сожалению, нет. Даже Ориэлла не может уловить их человеческую сущность. Пока мой отец не согласится вновь превратить их в людей, Шианнат и Чайм для нас все равно что умерли.

Мара вздохнула.

— Ты зол на своего отца за это? — осторожно спросила она.

— Еще как! — Д'Арван стукнул кулаком по земле. — Как у него хватило совести так поступить? Я любил его, несмотря на одиночество и опасности, которым он подверг нас с тобой, но когда он предал ксандимцев, я почувствовал, будто он и меня тоже предал.

— Все легенды говорят о коварстве фаэри, — заметила Мара.

Д'Арван стиснул зубы.

— Выходит, и я, чтобы соответствовать им, должен поступать так же, как Хеллорин? Ну уж нет! Я клянусь тебе, Мара, что рано или поздно заставлю отца вернуть ксандимцам человеческий облик.

Мара улыбнулась, хотя на мгновение ей отчего-то стало страшно.

— Я верю тебе, — тихо сказала она. — И советую сказать об этом и Ориэлле". Ей станет легче, если она узнает, что не только она хочет спасти ксандимцев. — Глаза ее заблестели. — Ну так что? Ты займешься кроликами или сходишь за Ориэллой?

— Ну-у… — пожал плечами Д'Арван. — Вообще-то мы, волшебники, не сильны в готовке. Если хочешь, чтобы у нас все же был завтрак, я лучше схожу за Ориэллой.

Ориэлла брела по пронизанному солнечными лучами лесу, и на сердце у нее стоял холод. Вопросы теснились у нее в голове, но ни на один не находилось ответа. Сколько прошло времени? Месяцы? Годы? Века? Где теперь Язур и Паррик, Ваннор и Занна? Неужели все, кто был ей дорог, давно умерли и превратились в прах? А Вульф? Она оставила его на попечение контрабандистам, но мало ли что могло произойти с Ночными Пиратами за это время. Неужели она потеряла и сына? Надо было забрать его на юг, дождаться, пока он вырастет, а уж потом отправляться искать Меч! А теперь она осталась совсем одна…