Сколь ни был горестен несчастных женщин путь,

На пленников чужих я смел ли посягнуть?

Дитяти малого вся Греция боится:

Твердят, что Илион с ним может возродиться,

Что, возмужав, меня Астианакс убьет...

Зачем так далеко загадывать вперед?

Ведь Троя - помните?
– была славна когда-то,

Обширна и пышна, героями богата.

Она владела всем... А что она теперь?

Не сосчитать ее несчастий и потерь.

Сгоревшие дома, разрушенные башни,

Не вспаханы поля, пустыня - сад вчерашний,

В оковах царский сын... Бессильная, она

Уже не сможет быть никем отомщена.

А если мальчика вы умертвить желали,

Зачем же целый год терпели и молчали?

С Приамом вместе пусть растерзан был бы он

И в груде мертвых тел бесславно погребен.

Тогда ведь гибло все: ахейской рати сила

Ни новорожденных, ни старцев не щадила,

Победа, вопли, кровь пьянили нас в ночи;

Не выбирали жертв разящие мечи.

Я сам свирепствовал: все на войне свирепы;

Когда ж стихает гнев - жестокости нелепы.

Я ныне не казнить, но миловать хочу

И рук в младенческой крови не омочу.

Коль греков так томит слепая жажда мести,

Пусть утоленья ей в ином поищут месте.

Победой горд Эпир, во прахе Илион...

Но здесь не губят тех, кто там был пощажен.

Орест

Всем ныне ведомо, как действовала тонко

Супруга Гектора, спасая жизнь ребенка:

Ей удалось, введя подменой нас в обман, {21}

Его ровесника отдать в ахейский стан.

Для мести Гектору у греков есть причина,

А ненависть к отцу ложится и на сына:

На Гекторе их кровь - им кровь его нужна,

Боюсь, нас снова ждет ужасная война.

Она придет в Эпир...

Пирр

Но ведь Эпир - не Троя.

Пусть увеличат рать свою они хоть втрое,

Чтоб одолеть меня, - не побоюсь угроз:

Они забыли, кто победу им принес.

Известно - Греция за подвиги Ахилла

Неблагодарностью не раз ему платила; {22}

Теперь цари хотят так поступить со мной

И пали до того, что мне грозят войной?

Орест

Так воле Греции вы не послушны боле?

Пирр

Троянцев я сломил, царевич, для того ли?

Орест

Я, право, поражен! Ведь Гермиона здесь,

И Менелай для вас уже почти что тесть!

Пирр

Я сохранить могу любовь к моей невесте,

Не уронив притом достоинства и чести,

И, после всех побед, мне, право, не к лицу

Покорно, словно раб, служить ее отцу.

Но с Гермионой вы увидеться желали?

Я знаю, вы в родстве. {23} Хотя вас и не ждали,

Но примут. Занимать не смею больше вас,

Ахейцам же прошу мой передать отказ.

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Пирр, Феникс.

Феникс

Друг с другом их свести? Весьма неосторожно!

Пирр

Да, говорят, по ней вздыхал он безнадежно.

Феникс

А вдруг к царевне страсть проснется снова в нем,

И он воспламенит ее своим огнем?

Пирр

Что ж, так тому и быть! И если вслед за тем он

Царевну убедит вернуться в Лакедемон,

С почетом проводить велю я их суда,

И сам свободнее смогу вздохнуть тогда.

Феникс

Как, вы...

Пирр

Со временем я все тебе открою.

Но Андромаха здесь. Потом...

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Пирр, Андромаха, Феникс.

Пирр

Вы не за мною?

Ах, если б мне блеснул надежды луч один...

Андромаха

Нет, я иду туда, где заточен мой сын,

Все, что завещано мне Троей и супругом.

Час в день разрешено нам проводить друг с другом.

Мы вместе пролили немало горьких слез.

Сегодня мне обнять его не довелось.

Пирр

И опасаюсь я, увы, что греки вскоре

Дадут вам поводы для новых слез и горя:

Страшат их пленники.

Андромаха

Но пленники в цепях,

А мертвые враги внушать не могут страх.

Пирр

Нет, злость на Гектора утихнуть в них не может;

Их главный враг - ваш сын.

Андромаха

Так вот что их тревожит!