Несколько десятков глаз устремились на Лягина, которому ничего не оставалось кроме как кивнуть и тихо ответить: «Да, конечно. Приютим, если нужно».

После этого он виновато посмотрел в мою сторону, но я поспешил показать взглядом и слегка разведенными в сторону руками, что его вполне можно понять и волноваться за срыв данного мне обещания не стоит.

Заседание кризисного штаба продолжилось подробным разбором складывающейся в стране – и, в частности, в столице – тревожной обстановки.

Я приехал в аэропорт намного раньше времени приземления самолета Агаты не только потому, что мне не терпелось увидеть ее. Во второй половине дня Алексей Евгеньевич сообщил, что ему хоть и не без труда, но все же удалось договориться об отправке сына Джаъафара Шараф-ад-Дина на учебу в Россию.

– Мордовский государственный университет имени Огарева, – внимательно прочитал консул название вуза в своей записной книжке и, подняв на меня глаза, добавил. – Нам нужно будет заблаговременно отправить досье в Москву, пока это место не отдали кому-нибудь другому. Поэтому, не откладывая в долгий ящик, встреться, пожалуйста, с шейхом и попроси предоставить нам следующее…

Конец ознакомительного фрагмента.