— Хорошо. С этим внезапно появившимся другом Славина тоже нужно разобраться, — напомнил заместитель директора. — Это тот самый Дронго, о котором мы знаем. Его фотографии у нас нет. И мы даже не знаем его настоящего имени.

— Узнаем, — уверенно ответил Мамонтов, — все узнаем. Они от нас не уйдут.

— Найди документы, — жестко сказал заместитель директора, — или нас всех сотрут в порошок. И тебя в первую очередь.

Услышав свою фамилию, женщина обернулась и холодно посмотрела на Дронго.

— Я вас не знаю.

— Давайте отойдем от милиции, — попросил Дронго, — мне нужно с вами поговорить.

Она снова взглянула на него, но, не став ничего спрашивать, машинально чуть сильнее сжала сумочку, висевшую через плечо.

«У нее там оружие», — понял Дронго. Они сделали несколько шагов.

— Что вам нужно? — спросила женщина. — Где капитан Агаев?

— Это я попросил его позвонить, — сказал Дронго. — Я тот самый человек, с которым встречался подполковник Славин.

— И Славин может это подтвердить?

— Нет, — он оглянулся, — но только спокойнее. Подполковник Славин убит.

Она не закричала. Сжала губы, но не закричала. Посмотрела куда-то в сторону. Потом глухо спросила:

— Как это случилось?

— Он пришел на встречу со мной и погиб. Его застрелили из автомобиля, который проехал рядом.

Они продолжали медленно удаляться от здания РУВД.

— А где Агаев?

— Он уехал к вам в ФСБ.

— Я тоже поеду туда, — решительно сказала она.

— Нет, — твердо сказал он, — достаточно Агаева. Нам нужно найти другого вашего коллегу. Она снова недоверчиво посмотрела на него.

— Какого коллегу?

— Виноградова. Его обвиняют в том, что он убил Славина и похитил документы.

— Мне нужно позвонить, — немного подумав, сказала она.

— Только не отсюда, — показал он на телефонный аппарат, по которому звонил Агаев. — Давайте куда-нибудь отъедем.

— Почему, собственно, я должна вам верить? — спросила она.

— Мы почти в одинаковом положении, — пожал плечами Дронго. — Не сомневаюсь, что за мной будут охотиться точно так же, как и за вами.

— Как вас зовут?

— Мое имя вам ничего не скажет.

— Вы работаете на СВР?

— Нет, я работаю всегда только один. И только на себя. Но некоторые офицеры СВР мне помогают.

— Зачем вы влезли в это дело?

— Я иногда тоже себе удивляюсь, — ответил Дронго. — Может, потому, что это моя профессия. Ничего другого я делать не умею.

Он поднял руку, останавливая проходившую мимо машину.

— Куда мы едем? — спросила она, усаживаясь на заднее сиденье.

— Куда-нибудь подальше отсюда. Чтобы вы могли позвонить.

Через два квартала он остановил автомобиль, расплатился с водителем. Выйдя из машины, они долго ждали, пока она отъедет и затеряется среди других машин.

— За этим домом есть телефон-автомат, — показал Дронго. — Вы сможете оттуда позвонить.

На этот раз она ничего не спросила. Подойдя к телефону, набрала знакомый номер. Довольно долго ждала. Потом покачала головой:

— Не отвечает.

— Звоните по другим телефонам, — упрямо сказал Дронго. — Может, вы сумеете застать там Агаева. Она набрала другой номер.

— Тоже не отвечает, — сказала спустя несколько минут.

— Странно, — задумчиво сказал он, — по логике вещей, там должно быть полно народу. У вас только два телефона?

— Есть еще один. Подполковника Славина. Но вы сказали…

— Позвоните и туда. Может, у вас просто опечатали кабинеты. Хотя Агаев уже должен был туда вернуться.

Она набрала третий номер. На этот раз ответили сразу.

— Алло? — спросила она. — Кто это говорит? Слушала молча. Потом коротко подтвердила:

— Да, это Светлова. Что у нас случилось? Говоривший с ней человек, очевидно, рассказывал нечто такое, от чего ее холодное лицо становилось еще более замкнутым и отчужденным.

Затем она не очень решительно сказала:

— Понимаю. Я понимаю вас.

И наконец положила трубку, обернувшись к Дронго.

— Там случилось несчастье. Славин погиб. Виноградов исчез. Они утверждают, что именно Дима застрелил Владимира Сергеевича.

— Вы в это верите? Она нахмурилась.

— Не знаю.