Сегодня я вернулась позднее обычного из-за того, что разделывала зверей на месте ну и пережидала, когда утихнет боль в ноге заодно. Зато мне не нужно заниматься разделкой сейчас. Сгрузила учителю снятые шкуры и добытое из внутренностей, что посчитала для себя ненужным и пошла мыться. Одежду я чистить теперь умею. Пусть не с первого раза но вполне получается чистить одежду через инвентарь. Избавляюсь таким образом от грязи и запаха с одежды а вот с себя … себя в инвентарь не засунешь. Приходится отмываться как обычно и в холодной воде. Не так, что бы сильно пугало, терпеть можно. Даже приятно иногда.

А вот утро выдалось необычное. Начнём с того, что мы никуда не пошли. Мы начали сшивать необработанные шкурки между собой в одно большое полотно. Моими нитями, между прочим! И сшивали их так, как будто куда то торопимся, оставляя прорехи между шкурами. Небольшие но всё же. Зачем мы это делаем, мне пока не понятно. Когда учитель решил, что достаточно, он заставил меня снять лохмотья с ног и … всё, на этом ограничился. Снять эти лохмотья нужно было не для того, что бы он мог полюбоваться на мои искусанные ноги, а для того, что бы меня измерить. Тут я поняла, что мы собираемся сделать замену моей ножной одежде (всё никак не придумаю ей название), только не понятно, зачем для этого брать такие плохие шкуры наспех сшитые в полотно. Я же опять вонять начну! Уж лучше вообще без одежды, чем в такой! Меня же любой зверь за парсек учует!

Но выяснилось, не всё так просто! Это полотно нужно для того, что бы вырезать из него … как бы это назвать? Пусть будут шаблоны. Четыре куска, наспех прихваченные между собой и поддерживаемые моими руками составили не мою будущую одежду а всего лишь её образ. Причём, слегка великоватый. По началу. Потом учитель убавил, где то больше, где то меньше а на заднице, так вообще не убавлял. Так оно там и осталось висеть. Но я этого не видела и руками потрогать тоже не могла. Руки были заняты, держали этот макет, что бы не упал.

А потом в ход пошли совсем другие шкуры. Это были шкуры тех парных хищников, которые так и не смогли добраться до меня в памятную ночь моей истерики. Я так понимаю, именно этими шкурами учитель вчера занимался. Отскабливал и отмачивал в своей бурде. Они были толще, прочнее и больше, чем шкурки древолазов. Но, не смотря на это, размер этих шкурок оказался всё равно недостаточным, что бы вырезать из них деталь одежды целиком. Что делают умные люди в этом случае? Умные люди в этом случае сшивают шкуры. И сшивают они их внахлёст, максимально качественно и хорошей нитью, используя самые лучшие инструменты. Понятно, что нить использовалась не моя а учителя. Такая же, как на инструменте для ловли водяных, только потоньше. Не понятно было, почему из нас двоих самой умной оказалась я! И шить тоже пришлось мне но не сразу. Сначала я долго и нудно сшивала куски шкур древолазов не для того, что бы сшить из них что то целое а для того, что бы научиться это делать приемлемо. Сшила два куска — показала учителю. Он тыкает палкой в проблемные места, вытягивает нить и я опять сшиваю. Зачем нужно, что бы все стежки были ровными и одинаковыми, мне не понятно. Что изменится от того, если строчка пойдёт слегка вкось? На прочность же это никак не повлияет. Но нет, если учитель во что-то упрётся, с ним лучше не спорить. Всё равно придётся делать так, как ему надо. Все остальные доводы сразу признаются неразумными.

Думала, эта тренировка будет до обеда продолжаться. В общем, почти так оно и произошло. Вмешался незапланированный фактор — маракхов внезапный голод. Почему так не вовремя? Обед то ещё не готов! Только плоды нарезанные в большой чашке готовы к употреблению. Можно подумать, что эти плоды меня как-то спасут от внезапного голода. Тут мяса нужен ломоть размером с мою ногу. Да и есть горячее сразу после приготовления … опять обожгусь так, что губы распухнут и язык во рту помещаться перестанет. Придётся терпеть. Нить ещё эта … слишком тонкая и прозрачная. Да ещё и скользкая как редукторная смазка. Руки её уже не чувствуют а глаза, так уже давно выбрасывать пора. Можно уже и не пытаться что-то разглядеть. Как тут ровная строчка получится, в таких условиях? Бросать надо. Хоть плодов нарубленных поем. Где опять эта маракхова вилка?

Ну вот! Учитель дал добро. Считает, что мне уже можно доверить сделать то, что не сильно то и важно. Зачем такое внимание к бесполезным, казалось бы, качествам шитья? Кого интересует ровность строчки, если её всё равно не видно? Остаётся только надеяться, что в этом есть какой-то смысл, хотя, лично я его не наблюдаю. Тем более, что строчек на реальной одежде должно быть две параллельно и проколы кожи должны располагаться в шахматном* порядке. Успеть бы до вечера если не всё, то хотя бы основное. Кто знает, сколько времени до него осталось? С этим внезапным голодом весь режим дня гуляющему под мышку.

Да кого вообще интересует, когда наступит этот вечер? С таким искусственным освещением, сейчас работать лучше чем днём. Сразу четыре фонарика не дают возможности образования тени, которая ломала мне зрение днём. Да и цвет освещения такой, что эту нить стало хоть как-то видно. Кто знал, что цвет этих нематериальных фонариков можно менять? Вообще замечательная штука! Жаль только, что его передвинуть с места на место нельзя. Зато, он может светиться прямо в руке. Кости видно, сосуды … бррр. И глядеть на него лучше не надо, особенно ночью а то, потом вообще ничего не видно после этого.

Место, где сходятся все четыре кожаных детали, учитель соединил сам, какими-то металлическими штучками, которые производят впечатление цельных. Сначала то мне только один вариант в голову пришёл, как это можно сделать, это специально подготовленный сплав, обладающий памятью формы. В определённых условиях его деформируют так, что-бы его можно было засунуть в отверстие в коже а потом эти условия снимаются и материал меняет форму на изначальную. Но потом я вспомнила про инвентарь. Из него можно доставать предметы в любое место. Теоретически. Но тут тоже есть неувязочка. Кожа в этих местах не плохо так придавлена. У меня так точно не получится, даже если у меня будут такие штучки всех возможных размеров.