Один из врагов кувыркнулся за угол, второй исчез на лестнице — этого, похоже, зацепил. Еще несколько человек влетели в комнату, мигом рассыпавшись в поисках укрытий.

Пошла жара. Выстрелы грохотали, не переставая. Я жал на спуск, пока обоймы не опустели. Ответный огонь прижал к полу. Не тратя время на перезарядку, потянулся к гранатам.

Чека — прочь, тяжелый смертоносный кругляш покатился по полу. Сразу за ней отправил вторую. Последнюю кинул более прицельно — аккурат в лестничный проем.

Среди врагов возникла некая суета. Испуганные крики, паническое шевеление. Кто-то бросился вниз, иные пытались укрыться за мебелью. Различить их было невозможно: одинаковые черные мешковатые костюмы, лица скрыты под масками. Значительно выделялся лишь один: с быстрыми, дерганными, нечеловеческими движениями. Он тут же прыгнул к углу и, схватив одного из товарищей за шкирку, укрылся им, как щитом.

Рвануло. Пол подпрыгнул, меня подбросило вверх, как кеглю. Осколками изрешетило стены, в воздух поднялось целое облако пыли, с потолка хлопьями летела побелка. Почти сразу громыхнули еще два взрыва. Слух истончился, в голове будто колотили громадные молоты. Благо зрение никуда не делось, да и соображалка худо-бедно работала.

Схватил пулевики и рванул назад, не разбираясь, кому сколько досталось. Хоть крошечную, но фору выиграл. Успел добежать до лестницы на чердак. Полез туда, как безумный, молясь про себя о том, чтобы люк открылся без проволочек.

Голова ткнулась в крышку — она не шевельнулась. Ударил рукой — створка чуть заметно приподнялась. Подскочил на пару ступеней, спина уперлась в дерево. Рыча от ярости, напряг позвоночник. Люк сдвинулся, крышка с горем пополам отпала в сторону.

Шагов я не слышал — в голове по-прежнему стоял шум. Зато выстрелы звучали гулкими хлопками где-то на задворках сознания. Несколько пуль одна за другой врезались в стену рядом, выбив осколки камня и дерева.

Подпрыгнув, вывалился на чердак.

Здесь царила почти полная тьма — иллюминация отсутствовала в принципе. Тусклый свет нехотя лился сквозь единственное круглое слуховое оконце, прорезанное с торца здания. Густой полумрак скрывал под собой залежи старья, горы рухляди и всяческого хлама. Залезали сюда нечасто, потому и удобства присутствовали самые минимальные. Впрочем, кое-что полезное я надеялся отыскать.

В открытый люк влетело несколько пуль. Со страху бросил вниз один из пулевиков — патронов все равно на два не хватило бы. Принялся перезаряжаться, откатившись чуть в сторону.

Из дыры высунулась голова — я спустил курок, не задумываясь. Голова дернулась, черная ткань макси окрасилась красным. Тело рухнуло вниз, в ответ раздалась канонада выстрелов. Кое-как подхватившись, приподнял створку. Быстрое усилие — крышка рухнула, запечатав проход.

Надолго преследователей это не задержит, но заставит призадуматься, однозначно. Они не знают, есть ли у меня оружие и сколько. Будут опасаться и выстрелов, и гранат. Последних, правда, больше не осталось. Да и в пулевике два заряда — больно не развоюешься.

Подхватившись на ноги, прополз сквозь захламленный чердак насквозь. У стены примостились два ящика, заботливо укрытые брезентом. Вы-то мне и нужны.

Брезент полетел прочь, открывая взору стальные щеколды. Немедля, сорвал пломбы. Лязгнули защелки, ящик раскрылся, как шкатулка Пандоры. Внутри — аккуратными столбиками уложена взрывчатка.

Не слишком мощная, зато надежная и сама собой никогда не сдетонирует. А количества как раз достаточно, чтобы разнести здание до фундамента. Со всеми незваными гостями. Осталось только устроить так, чтобы вместе с врагами не погрести под развалинами собственную тушку.

За спиной грохнул взрыв — я невольно пригнулся, втянув голову в плечи. Оказывается, гранаты у противников тоже имеются. Вместо чердачного люка теперь красовалась рваная дыра, через которую уже ползли первые силуэты врагов.

Выпустил в ту сторону последние заряды, стараясь отпугнуть, а не убить. Тут же вновь склонился над ящиком. Шнура тут запасено вдоволь, пришлось укоротить детонацию до предела. Имелись и спички — сразу же чиркнул по коробку и запалил фитиль.

Посыпались искры, возвещая, что время утекает немилосердно быстро. На лестнице толкалась толпа атакующих. Грохотали выстрелы, пули свистели возле самой головы, не задев только каким-то чудом.

Прыжок к стене. Высадил слуховое окно ударом ноги. Враги бешено верещали, оживающий слух распознал командные выкрики. Разбираться было некогда, говорить «прощай» тоже. Согнувшись в три погибели, с усилием вытолкнул тело в узкий оконный проем.

Возможно, стоило озаботиться веревкой. Или хотя бы предусмотреть внизу нечто, могущее смягчить падение. Но, как обычно, хорошая мысля приходят опосля. А именно — эта отличная идея родилась в голове за короткие миллисекунды полета. Родилась, но не успела оформиться ни во что внятное. А потом — жесткий удар выбил прочь и дыхание, и все, без остатка, мысли.