А вот там не задалось. Николя сокрушенно объявил, что отец ушел в морской поход. Случилось все внезапно – приказ государя. Служба.

– Придется подождать, – сказал жених. – Не печалься – это ненадолго. Вернется – и представлю сразу.

– А мать? – спросила Юлия. – Может, ей пока?

– Отец обидится, – не согласился Николай. – Как же без него? Но ты не переживай – скучать не дам. Познакомлю с Петербургом. Надо знать город, в котором собираешься жить.

Деваться было некуда, и Юлия согласилась. Жених не обманул: они с головой нырнули в кипящую столичную жизнь. Театры, рестораны, выставки, бега… За все платила Юлия. Жених, смущаясь, объяснил, что у него нет денег. Отец в поход отправился внезапно, оставить не успел. Вернется – возместит. У матери он брать стесняется: та спросит для чего? Придется рассказать, захочет познакомиться с невестой. Но тогда обидится отец…

Юлию это не смутило – какие счеты между будущими супругами? Она ссужала жениха деньгами. Вчера перед театром тихонько сунула ему две сотни. Князю не положено скупиться…

Покончив с чаем, Юлия позвала коридорного, тот убрал посуду. Взамен принес свежие газеты. Юлия постоянно их читала: нужно знать, что интересного в столице? Куда они поедут с Николя? Он будет вечером – днем на службе. Она предложит несколько мест, вместе выберут. Юлия развернула «Новое время»[3]. В глаза бросился заголовок – «Подвиг русских офицеров». Юлия придвинула газету ближе и стала читать. Спустя десять минут отложила и закрыла глаза ладонями. Ей было стыдно, очень.

Все эти дни Юлия старательно гнала мысли о Федоре. Удавалось. И вот теперь… Пока она веселилась в Петербурге, Федор воевал. Отличился в пограничной стычке с немцами, государь пожаловал ему чин и орден. Дочка офицера, Юлия понимала, насколько высоко вознесся ее бывший жених. Он теперь герой. А она… Тратит добытые им деньги, ждет пока вернется адмирал и одобрит ее брак с сыном. А вдруг – откажет? Что тогда?

Юлия встала, взяла сумочку и достала из нее пачку денег и пересчитала. Из восьми тысяч три потрачены. Всего за две недели! Дорог город Петербург! Еще месяц такой жизни, и она останется без гроша. Когда ж вернется адмирал? Николя не говорил, только пожимал плечами… Выяснит сама.

Не откладывая дело в долгий ящик, Юлия оделась и спустилась вниз. У портье выяснила адрес и взяла извозчика. Адмирал жил в доходном доме на набережной Мойки, где занимал второй этаж. Юлия приказала извозчику подождать и поднялась по лестнице. Позвонила в дверь. Та открылась, и в проеме показался представительный лакей с пышными бакенбардами.

– Добрый день, любезный, – сказала Юлия. – Ты б не мог сказать, когда его превосходительство вернется?

Она сунула ему полтину.

– В шесть часов, – сообщил лакей, взяв монету. – Как обычно.

– Он воротился из похода? – обрадовалась Юлия.

– Так, вроде, не ходил, – пожал лакей плечами. – В адмиралтействе они пребывают. Каждый день туда ездят.

– Благодарю, любезный, – сказала Юлия, повернулась и ушла.

На обратном пути она пыталась собрать растрепанные мысли. Николай соврал ей – его отец не уезжал. Все это время жил в Петербурге, ходил на службу и встречался с сыном. Значит… Это предстояло выяснить, чем Юлия и решила заняться. С Николаем у нее встреча вечером в ресторане гостиницы. Собирались пообедать, а потом окунуться в развлечения. Вот и поговорят…

В назначенное время Юлия спустилась в ресторан и вошла в зал. Николай и Васильчиков уже были здесь – сидели за столиком у окна, спиной к входу. Графу Юлия не удивилась – он частенько составлял им компанию. Но сейчас он лишний, надо будет попросить удалиться. Юлия пошла к столику, но в последний миг ее что-то толкнуло, и она, подойдя, встала за пальмой в кадке в двух шагах от увлеченных разговором друзей. Они ее не видели, а она их – хорошо. И еще отлично слышала.

– Ты что-то долго возишься, – говорил Васильчиков. – Две недели в Петербурге, а еще в постель не затащил.

– Провинциалка, – хмыкнул Николай. – Нравы там у них… Ничего, дай срок.

– Какой?

– Деньги у нее пока есть, пускай покочевряжится. Тебе-то разве плохо? Пьем и веселимся за ее счет.

Он хохотнул. Юлия сдержала готовый сорваться с губ возглас.

– Вдруг узнает о твоем батюшке?

– Не догадается, – не согласился князь. – Она мне верит. Это не петербургские девицы. Но ты тоже помоги: скажи, что батюшка в походе задержался. Дескать, слышал от знакомых.

– При одном условии, – сказал Васильчиков. – Ты позволишь насладиться ее прелестями.

– После того, как сам натешусь, – согласился Николай. – Тогда – сколько хочешь.

– Она не станет возражать?

– Так деваться будет некуда, – успокоил князь. – Одна, без денег в Петербурге… Или соглашайся, или на панель.

Оба засмеялись. Юлия повернулась и пошла прочь. Она не помнила, как поднялась на свой этаж и вошла в номер. Там, зарыдав, села в кресло. Истерика продолжалась несколько минут. Наконец, она встала и прошла в ванную, где умылась и рассмотрела себя в зеркало.