– Арсения, и можно на «ты». Подарите мне котёнка, Маша. Лучше котика. Этого будет достаточно. Да, я тоже не шикую, но очень тоскую по работе. Приходите завтра вечером на первый урок, я в двадцать третьей квартире живу. Покажу вам свой диплом, всё как положено.

– Тогда со мной тоже на «ты». Давай тогда дружить, что ли? Помогу чем смогу. Полы там или окна помыть.

– Кто же в здравом уме от дружбы откажется? Приходи, я тебя с сыном буду ждать. А сегодня у меня ещё дела есть, – Сеня поднялась с лавочки.

– Идём домой, Серёжа, – скомандовала Мария, подхватив пакет Сени. – Я донесу. Тебе, может, нельзя тяжёлых вещей носить?

– Нельзя, но уж что теперь-то, – улыбнулась Сеня.

Так в жизни Арсении появилась ещё и Маша. Мария оказалась женщиной работящей, причём работала она на не совсем женской профессии. «Я фрезеровщик-универсал», – сказала она как-то с гордостью в голосе. Сеня удивилась на это заявление, хотя Маша была мужицкого характера, разве что не пила и не курила.

– Сень, давай отметим месяц нашей дружбы. Выпьем сока с тортиком. Я сама испекла. И вот, обещанный кот. Вислоухий шотландец, между прочим. У сестры кошка окотилась, вот я одного и застолбила.

Маша прошла в прихожую, после сунула котёнка в руки подруге.

– Торт – это хорошо. Зови Серёжку, будем чай пить, – улыбнулась Арсения.

– Книжку сидит читает. Как ты за месяц его подтянуть умудрилась? Его учитель заявила: «Ваш сын – безнадёжная бестолочь».

– Ой, а сама она тогда кто, раз ребёнка читать нормально научить не может? Иди уже за тортом, – махнула рукой Сеня.

Маша явилась не только с тортом, а ещё с пакетом, в котором лежали принадлежности для кота.

– Зачем тратилась? Я бы сама купила, – смутилась девушка.

– Отстань, ты для нас больше делаешь. Серёжке нужно выучиться и в люди выйти. Его погибший отец тоже не Ломоносов был. Работал водителем на нашем заводе. Но сын должен нас перегнать в учёбе, – заявила Мария, проходя на кухню.

После были посиделки за чаем и очередное занятие. Арсения с удовольствием помогала юному ученику. Как же она скучала по школе, по ребятам. К сожалению, врачи сказали своё слово. «Школа – это стресс, волнение и прочие прелести. Вам такое категорически нельзя». Сене много чего было нельзя, но сегодня она позволила себе чуть больше сладкого. Ведь не каждый день приносят тортики домашнего приготовления.

***

Володя уложил сына спать и пошёл в свою комнату. Там на кровати разлеглась белокурая бестия. Девица не стеснялась своей наготы, более того она раздвинула ноги и совершенно бесстыже гладила себя по лепесткам половых губ. Мужчина почувствовал тяжесть в паху. Всё было привычно и закономерно, но радости он при этом никакой не испытывал. Девушку почему-то не хотелось любить и нежить. Возможно от того, что особо завоёвывать её не пришлось. После первого свидания в парке Люба однажды напросилась в гости и сама полезла к нему в штаны. Володя не спасовал и поимел прелестницу во всех доступных позах. Только идиот откажется от секса, когда девушка сама предлагает. Володя идиотом не был. Он решил, раз дают, нужную брать, а там видно будет.

Прошёл месяц как они встречались. Вернее Люба думала, что они встречаются. Володя делал вид, что ему интересно с ней, хотя, кроме желания трахнуть, Люба никаких других ощущений не вызывала.

Мужчина медленно разделся, лёг на девушку и принялся целовать её губы. Из её рта пахло мятной зубной пастой, но это не полностью перебивало амбре сигарет. Люба курила тонкие сигареты с запахом шоколада. Володю это жутко бесило. Он оторвался от губ девушки и прошёлся поцелуями по её телу, не забыв приласкать грудь четвёртого размера, вышедшую из-под скальпеля пластического хирурга.

Люба плавилась в объятиях мужчины, о котором мечтала в с шестнадцати лет. Уже месяц как они спят с друг другом, но своей девушкой Володя её так и не назвал. Это ужасно бесило, ведь она уже успела похвастать перед подругами, что заарканила завидного вдовца Владимира Полонского.

Люба подняла руки и погладила плечи и спину мужчины, снисходительно решив подарить ему ласку. Это с другими она могла лежать брёвнышком и получать удовольствие, с Володей такое не прокатит. «Мой! Теперь никому не отдам! Сделаю всё что угодно, лишь бы никогда не ушёл от меня!» – ликовала девичья душа.

Водя чуть отстранился и надел презерватив, потом вошёл в податливое лоно. Девушка громко застонала, на лбу выступила испарина. Володя несколько раз качнулся и принялся вбиваться в неё с бешеной скоростью. Сегодня хотелось быстрого и горячего секса без особых церемоний. Впрочем, он, как обычно, сдержал себя, давая девушке прийти к финишу первой. Только потом он кончил сам и скатился на бок, тяжело дыша. Оргазм, как всегда, принёс физическое удовлетворение, но не моральное. Больше того, мужчина чувствовал, что встречи с Любой начали его тяготить. «Ладно, ещё чуток потерплю. Пусть папа подпишет контракт, а там и разбежимся. В конце концов я ей ничего не обещал. Сама напросилась», – подумал мужчина, завязывая презерватив узлом.