Шрифт:
– Зачем ты спрашиваешь? Ты же знаешь. И зачем ты оставил коммуникатор?
– Когда ты вернешься, свяжись со мной сразу же. Я буду ждать.
– Я знаю.
– Я встречу тебя, когда ты вернешься. Только сразу же свяжись со мной.
– Ты же знаешь, я могу не вернуться сюда очень долго.
– Все равно. Я буду ждать.
Под световым окном ниша, но она по какой-то причине еще не открылась.
– Кайс...
– Ты обещала! Как только вернешься...
– Кайс, подожди. Что-то не так.
– Что такое?
Крышка ниши медленно поползла вверх.
И окошко терминала горело. С информацией о куполе, в котором я сейчас нахожусь.
– Мне кажется, тут что-то не в порядке.
– Что именно?
– Оборудование работает с задержками.
– Возможно, это из-за того же сбоя, из-за которого сработала система изолирования.
– Никогда не слышала о таком.
– Ваше оборудование не ломается?
– Никогда.
Ниша открылась. Окно мигнуло.
– Кайс.
– Что?
– Тут ничего нет.
– О чем ты?
– Нет отправления. Контейнер. Его нет.
– Что это значит?
– И на терминале. Информация.
– Что с ней?
– Здесь нет адресата.
Дверь, отделяющая помещение от улицы, поползла вверх. Сама по себе. Я ее не открывала.
Я просто не знала, что делать. О таком нам никогда не говорили. Этого просто не могло быть. Ничего и никогда не ломалось. Система была абсолютно безопасна и стабильна.
– Эмма! Объясни!
– Меня отправили на маршрут. Нет посылки. Нет адреса доставки.
Зачем я проговаривала это? Чтобы самой поверить, что это правда?
– Вернись.
– Я не могу. Ты забыл?
– Изоляция!
– его голос изменился. Договорил он едва слышно, будто отвернулся, чтобы я не слышала: - Помещение нельзя открывать в течение трех суток...
– О чем ты?
– Это стандартная процедура. Изолятор начнет саморазрушаться.
– Через трое суток?
– Да.
И тут я снова услышала хлопки.
И теперь я по-настоящему испугалась. Сейчас стены ничего не заслоняло и я ясно видела, как в нескольких местах одновременно появились щели, и шарики потекли из них на пол. Сейчас их ничего не задерживало, и они заполняли пол очень быстро. Мне ничего не оставалось, как отступить к двери, которая уже полностью открылась. Снаружи задувал ветер. Снег блестел на пороге.
Шарики все слипались и раздувались, наверное, мне это только показалось, но гораздо быстрее, чем в предыдущей комнате.
Я не сразу поняла, что Кайс зовет меня и, кажется, уже несколько раз.
– Я здесь.
– Что с тобой?
– Изоляторы, они снова высыпаются.
– Из-под двери? Она не герметична?
– Нет. Они появляются из стен.
– Тебе есть куда уйти?
– Да. Наружу.
– Выходи!
– Кайс, - я пятилась спиной вперед.
– Если я выйду, то не смогу вернуться.
– Но ты же туда как-то вошла?
– Код.
– В чем тогда проблема?
– Он одноразовый и уже использован.
– Как ты собиралась вернуться?
– Я должна была сейчас получить доступ вместе с отправлением.
– То есть если ты выйдешь - не сможешь вернуться, и тебе не войти больше ни в один купол?
– Да.
Черная масса уже начала наползать на стены и, казалось, прилипала к ним, разбухая все больше и больше. Радужная пленка закручивалась спиралями на округлых очертаниях шаров, которые были уже размером с мяч. До двери осталось совсем немного. Я все не решалась развернуться и выйти. Как будто надеялась, что все это кончится, наступающая на меня черная жижа остановится и распадется.
– Кайс.
– Я здесь.
– Я должна выйти?
– Если ты там останешься, тебя раздавит. Эта... субстанция разлагает органику.
– От меня ничего не останется?
– Да.
Я тут же развернулась и вышла наружу.
Ветер ударил так, что я задохнулась в первое мгновение. Даже очки забыла опустить. Солнце светило так ярко, что на глазах тут же выступили слезы. Кожу на руках тут же начало пощипывать. Перчатки и маску так же следовало надеть до выхода.